(Photo by Catherine Ivill/Getty Images) | Epoch Times Россия
(Photo by Catherine Ivill/Getty Images)

Реаниматолог рассказал о лечении COVID в больнице и дома

Врач: Люди умирали, но все мои идеи отвергались
Автор: 14.12.2021 Обновлено: 30.12.2021 12:19
Доктор Пьер Кори выступает за раннее лечение COVID-19. Он один из первых опубликовал руководство по лечению коронавируса на ранней стадии. Кори — реаниматолог (специалист по интенсивной терапии), имеет сертификаты по внутренним болезням, реаниматологии и лёгочной медицине и является членом Альянса реаниматологов Front Line COVID-19 (FLCCC).

Большую часть своей карьеры Кори работал в Медицинском центре Бет-Изрейел на Манхэттене в Нью-Йорке, где помогал руководить отделением интенсивной терапии. Он также занимался амбулаторной практикой. Последние шесть лет Кори возглавлял службу интенсивной терапии в Медицинском центре Св. Луки «Аврора» в Милуоки, штат Висконсин.

«Когда разразился COVID, я занимал руководящую должность, — говорит он. — Однако мне пришлось уйти, видя, как они боролись с пандемией».

Варианты лечения категорически отвергались

Больница Святого Луки в Университете штата Висконсин, как и большинство больниц США, предлагали больным коронавирусом только поддерживающую терапию, и Кори отказался от руководства на таких условиях. Впервые в истории современной медицины пациентам предлагали просто сидеть в изоляции дома, пока они не окажутся близки к смерти. В критическом состоянии их отправляли в больницу и помещали на смертельно опасную искусственную вентиляцию лёгких.

«Я знал, что существует целый ряд методов лечения, которые мы могли бы использовать, но мы ничего не применяли, — говорит он. — Врачам даже не разрешили использовать антикоагулянты, хотя свёртываемость крови у многих пациентов была „зашкаливающей“. Можно было взять кровь и увидеть, как она очень быстро сворачивается в пробирках», — вспоминал Кори.

«Сейчас течение болезни значительно изменилось. Мы больше не видим высоких показателей свёртываемости крови, что является хорошей новостью. По какой-то причине с самого начала „нам буквально твердили о необходимости проведения рандомизированных контролируемых исследований для дальнейшего лечения больных“», — говорит Кори.

По его словам, органы здравоохранения и сейчас отказываются признавать какие-либо протоколы лечения, кроме невероятно опасного экспериментального препарата ремдесивира и экспериментальных уколов против COVID.

«Люди умирали, но все мои идеи отвергались. Мои начальники появлялись и требовали, чтобы я перестал, потому что они не хотели ничего делать. И тогда я сказал: „С меня хватит“, и ушёл в середине апреля 2020 года. Затем я поехал в Нью-Йорк на пять недель и руководил там своим старым отделением интенсивной терапии».

Важность стероидов в лечении COVID-19

В мае 2020 года Кори дал показания в Сенате США, заявив о важности использования стероидов при госпитализации пациентов с ковидом. В то время он всё ещё числился на работе в больнице штата Висконсин, поэтому руководство Кори пришло в ярость от его публичных выступлений.

«Когда вы эксперт в какой-либо области, вы обязаны делиться своим мнением и опытом, — говорит Кори. — Однако они были очень недовольны тем, что я это делаю».

Семь недель спустя появились результаты британских испытаний по использованию кортикостероидов, которые подтвердили версию Кори. С тех пор стероиды стали частью стандартного лечения на этапе госпитализации.

«Стероиды — эффективное средство для уменьшения воспаления в целом, но они особенно важны при прогрессирующей инфекции COVID. У меня был близкий друг, который заразился очень серьёзно COVID-19. Его состояние продолжало ухудшаться несмотря на то, что он принимал всё предписанное мной. Друг знал доктора Питера Маккалоу, поэтому написал ему. Тот посоветовал добавить к схеме лечения преднизон и аспирин. Как только он начал принимать преднизон, ему стало лучше».

Как объяснил Кори, это распространённая схема лечения. Важно отметить, что на ранней стадии инфицирования коронавирусом кортикостероиды приносят больше вреда, чем пользы. Но при переходе к фазе средней тяжести, когда нарушается функция лёгких или возникает потребность в кислороде, стероиды становятся критически важными и спасают жизнь.

Стероиды должны применяться в нужное время

Вирус SARS-CoV-2 запускает очень сложный процесс воспалений. Тяжёлый COVID-19 — это синдром активации макрофагов. Именно гипервоспалительные макрофаги (подтип макрофагов) в итоге вызывают повреждение органов. Поэтому нужно использовать лекарства, которые либо подавляют их активность, либо переполяризуют их в гиповоспалительные макрофаги.

Главное — использовать стероиды в правильное время — не слишком рано и не слишком поздно, найти «золотую середину». Для этого нет жёстких правил, так как каждый пациент индивидуален. Однако не стоит использовать стероиды до тех пор, пока не наступит значительное ухудшение состояния, при котором дыхание станет всё более затруднённым.

Амбулаторный протокол Кори включает преднизон на 7, 8 или 9-й день, если у больного всё ещё ухудшается состояние. Важно не использовать его на ранних стадиях заболевания, так как он фактически усугубляет инфекцию, увеличивая репликацию вируса.

Рекомендуемая дозировка — 1 мг преднизона или метилпреднизолона на 1 кг веса тела. При использовании метилпреднизолона (Medrol, который Кори предпочитает из-за более высокой его концентрации в лёгочной ткани по сравнению с преднизоном), врач делит его на две ежедневные дозы. Кори не рекомендует использовать дексаметазон, поскольку он не так хорошо помогает при заболеваниях лёгких. Тем не менее большинство врачей в США используют дексаметазон, если вообще применяют стероиды.

Доза может быть увеличена в зависимости от тяжести и скорости развития инфекции.

«Я, вероятно, удвою или утрою дозу, пока не добьюсь стабильности», — говорит Кори.

«Как только они перестают пользоваться кислородом, я отменяю стероиды примерно в течение недели. Всё зависит от того, как долго пациент находился на кислороде. Если короткое время, я быстро снижаю дозу; если он более длительное время — снижаю дозу медленнее».

Использование антикоагулянтов

Если ранее при инфицировании коронавирусом наблюдалось сильное свёртывание крови, то теперь эта особенность инфекции стала менее заметна. Если свёртывание крови и происходит, то оно намного слабее по сравнению с началом пандемии. Однако антикоагулянты могут быть важным компонентом в этих случаях.

«Что я делаю с коагуляцией? Обычно я слежу за D-димером при поступлении. D-димер — это маркер повреждения эндотелия и свёртывания крови. Пациентам с нормальным уровнем D-димера я просто назначаю обычные профилактические дозы. Если он умеренно повышен, я использую умеренную дозу антикоагулянтов, если сильно повышен — полную дозу», — объясняет Кори.

Обычно он использует антикоагулянт Ловенокс. Пациентам также назначают аспирин в полной дозе, если нет противопоказаний.

«Я подозреваю, что фибринолитические ферменты, такие как люмброкиназа и наттокиназа, разрушают фибрин и могут быть лучшей альтернативой аспирину. N-ацетилцистеин (NAC) — ещё один потенциальный кандидат».

Однако Кори не убеждён в этом:

«Мы использовали NAC в различных заболеваниях на протяжении многих лет. Это стандартное лечение при передозировке парацетамола, но не лёгочного фиброза. В лёгочной медицине, в которой я эксперт, мы десятилетиями изучали NAC для этих целей. Ни одно из этих исследований не оправдало себя. При сепсисе это тоже не принесло результатов».

«Мы считаем, что для тяжёлых заболеваний это эффективный препарат и хороший антиоксидант. Я думаю, что у него есть антикоагуляционный эффект, но он слабый. Так что для госпитальной фазы, мы считаем, он слишком слабый».

Витамин С

Ещё одним важным компонентом является внутривенный витамин С. Хотя в некоторых университетских больницах витамин С может вводиться внутривенно, но в большинстве больниц его нет. Однако его можно получить в некоторых местных больницах. Важно отметить, что для эффективности витамин С должен быть введён в течение первых шести часов после поступления в отделение интенсивной терапии.

Это особенно верно для относительно низких доз, рекомендованных протоколом стационарного лечения Math+ — 1500 мг или 1,5 г. Многие амбулаторные врачи натуральной медицины используют от 25 до 50 г витамина С внутривенно, но большинство больниц не разрешают вводить такие высокие дозы. Вполне вероятно, что более высокие дозы подействуют, если вы пропустили ранний период лечения (первые шесть часов). Но в протоколе Math+ используются относительно низкие дозы.

Можно посоветовать позвонить в больницу, услугами которой вы намерены воспользоваться в случае госпитализации с COVID, и спросить о наличии этого препарата. В случае его отсутствия можно попросить своего врача заказать его и привезти в больницу. Главное, конечно, найти врача, который готов его использовать. Некоторые не хотят.

«Вы бы видели, с каким сопротивлением мне пришлось столкнуться. В какой-то момент я был директором главного отделения интенсивной терапии в больнице Висконсинского университета, и данные по использованию витамина С были настолько ошеломляющими, что я сказал: «Эй, ребята, не можем ли мы просто начать протокол с того, что будем всем поступающим вводить внутривенно витамин С? В чём проблема»?

Все начали говорить о камнях в почках и прочей ерунде, а у нас набралось много доказательств того, что этого не происходит при острых заболеваниях или внутривенном введении… Мне кажется, что это карикатура на медицину. Каждый раз при обсуждении чего-то они просто не верят, что это работает».

Протокол FLCC

К сожалению, умышленное невежество многих врачей буквально убивает пациентов с COVID, которых можно и нужно было спасти. Нет никаких сомнений в том, что такие протоколы, как FLCC и других нижеперечисленных групп, могли бы спасти многих, если бы они были широко внедрены. Несмотря на их эффективность, многие больницы по сей день не используют их.

«Наш протокол постоянно улучшается, — говорит Кори. — Мы не говорим, что это единственный способ лечения. Это наш метод лечения. Мы оставляем за собой право снизить приоритет, изменить дозу или заменить лекарство на новое.

Во-первых, мы следим за новыми данными об этом заболевании. Во-вторых, все наши протоколы — это протоколы комбинированной терапии.

Кстати, это вызывает у врачей раздражение. Знаете, почему? Потому что они хотят знать, откуда вы знаете, что необходимо это лечение? Испытания каждого отдельного компонента показали их эффективность. Мы думаем, что они синергичны, но мы никогда не будем проводить пробную проверку каждого компонента в наших протоколах.

Существует и ряд других протоколов. У AAPS есть протокол, у Всемирного совета здравоохранения есть несколько вариантов. Так что многие врачи могут выделить тот или иной препарат или уменьшить его значение в нашем протоколе. И мы не претендуем на то, что наш протокол — единственный способ лечения. Но мы много думали над ним.

Большинство наших препаратов — уже используемые, то есть они не новые. Они хорошо зарекомендовали себя на протяжении десятилетий, их безопасность всем известна, они, как правило, недорогие, и механизмы их воздействия на организм давно понятны. Ивермектин по многим причинам является центральным препаратом для всех наших протоколов — профилактики, раннего лечения, госпитализации и поздней фазы».

Почему ивермектин?

Как отмечает Кори, ивермектин является мощным противовирусным средством.

«В течение 10 лет он проходил испытания в лабораторных условиях, — говорит он. — Они показали, что ивермектин предотвращает размножение вируса Зика, лихорадки денге, Западного Нила и даже ВИЧ. А его клинические исследования просто ошеломляют».

«Я могу уделить одну минуту и рассказать об ивермектине, который пострадал из-за коррупции. Многие не хотят, чтобы все узнали о его эффективности, поскольку это уничтожит рынок для целого ряда новых фармацевтических продуктов.

Когда сталкиваешься с кампанией против ивермектина, понимаешь, что он представляет для кого-то большую угрозу. На него активно нападают, несмотря на то, что он успешно прошёл 64 контролируемых испытания, показав большую эффективность при лечении ряда заболеваний. Мы знаем, что он работает. Мы знаем это из исследований in vitro (в пробирке) и in vivo (на животных), а также ряда случаев».

Один из первых случаев в Доминиканской Республике был опубликован в июне 2020 года. Врачи последовательно лечили ивермектином 3300 пациентов с COVID в отделениях неотложной помощи. Из них только 16 были госпитализированы и один умер. Это довольно серьёзно, учитывая, что это были тяжелобольные люди.

Важно то, что существует зависимость доза-ответ от вирусной нагрузки. Было доказано, что штамм «Дельта» вызывает вирусную нагрузку, которая в 250 раз выше «Альфы». Когда «Дельта» стал преобладать, появились изменения в протоколе профилактики.

«Я один из них. Я заболел COVID, когда принимал ивермектин еженедельно, — говорит Кори. — Теперь мы принимаем его два раза в неделю. Правильная ли это доза? Мы не уверены. Но при более высоких дозах мы видим гораздо меньший прирост заболеваний. Может ли она быть выше? Возможно. Но мы знаем, что эта доза подходит в качестве профилактики».

Более высокие дозы ивермектина также используются для лечения инфицированных штаммом «Дельта». На поздних стадиях препарат полезен благодаря своим противовоспалительным свойствам. В отличие от многих других препаратов ивермектин полезен на всех стадиях заболевания.

Оптимизация уровня витамина D имеет решающее значение

Другие компоненты протоколов профилактики и лечения FLCC включают препараты, которые обладают противовирусными или противовоспалительными свойствами, или их комбинацию, такую ​​как мелатонин, кверцетин и цинк, и антикоагулянты, такие как аспирин.

В идеале каждый человек должен оптимизировать уровень витамина D до того, как ему понадобится лечение от COVID. Если вы ещё не сделали этого, проверьте уровень витамина D в крови. Если он ниже 40 нг/мл, начните принимать пероральные добавки. Не ждите, пока заболеете. Согласно медицинской литературе, оптимизация уровня витамина D среди населения до уровня выше 40 нг/мл может снизить заболеваемость и смертность от COVID примерно на 80%.

«В этом нет никаких сомнений, — говорит Кори. — На самом деле… было проведено исследование среди пациентов, у которых уровень витамина D проверили до заболевания. Они подсчитали, что при уровне 50 нг/мл смертность была нулевой.

Федеральное правительство знает, что дефицит витамина D повсеместно распространён в домах престарелых и среди меньшинств… Таким образом, отсутствие протокола по витамину D на национальном уровне — это преступление. Буквально — преступление».

Протокол стационарного лечения FLCCC рекомендует использовать кальцитриол в дозе 0,5 мкг в первый день и 0,25 мкг в день в течение следующих шести дней. Кальцитриол — это активная форма витамина D, которая обычно вырабатывается почками.

Это связано с тем, что просто регулярный приём витамина D не помогает при острых состояниях, поскольку на его метаболизм в активную форму уходят недели. Кальцитриол — это активная форма, поэтому он начинает действовать немедленно. Однако можно принимать и витамин D, поскольку в итоге будет достигнут его нужный уровень в крови, и приём кальцитриола можно будет прекратить.

Почему мужчины хуже справляются с COVID, чем женщины

Как упоминалось ранее, протокол также включает ряд нутрицевтиков, таких как кверцетин и цинк. Ещё одним перспективным препаратом является антидепрессант флувоксамин.

«Исследования продолжают приносить пользу, — говорит Кори. — Даже в клинических условиях некоторые мои коллеги вводили ивермектин с флувоксамином, наблюдая значительное облегчение состояния больных. Я считаю этот препарат очень эффективным, но он излечивает не всех.

Если речь идёт о пожилых людях или людях с запущенным заболеванием, с большим количеством сопутствующих заболеваний, ожирением или диабетом, я стараюсь использовать для них все возможные средства, как можно больше элементов в протоколе. Я добавляю флувоксамин.

Антиандрогены меняют ситуацию. Мы используем спиронолактон, калийсберегающий диуретик, в дозах более 100 мг в день. Он обладает мощными антиандрогенными свойствами, как и дутастерид, ингибитор 5-альфа-редуктазы, который также подавляет выработку тестостерона.

Андрогены, по-видимому, являются потенциальной движущей силой заболевания коронавирусом не только с точки зрения стимулирования вирусной репликации, но и потенциально способствуя воспалению… Испытания в этой области действительно очень эффективны… Итак, у нас есть антиандрогенный аспект. Я использовал его на некоторых пожилых или более продвинутых пациентах. Я сделал это довольно быстро».

Рекомендации по лечению COVID в домашних условиях

Хотя бывает трудно найти врача, который действительно готов лечить COVID-19 по протоколу FLCCC (или любому другому, если на то пошло), многие из пациентов в полной мере используют телемедицину.

Список врачей, которые могут выписать ивермектин и другие необходимые препараты, можно найти на веб-сайте FLCCC.

Там же можно найти загружаемые PDF-файлы на нескольких языках по профилактике и раннему лечению в домашних условиях, внутрибольничный протокол и рекомендации по долгосрочному лечению длительного синдрома COVID-19.

Три других протокола также пользуются большим успехом:

  • Протокол AAPS.
  • Протокол Всемирного совета здравоохранения Тесс Лори.
  • Протокол Американских передовых врачей.
  • Доктор Питер Маккалоу.

Это огромное количество информации для вас и ваших близких, которые устали бороться с коронавирусом. Итак, я изучил все протоколы и пришёл к выводу, что протокол FLCCC является самым простым и эффективным. Я разместил его ниже.

Однако я изменил некоторые дозировки и добавил несколько других методов лечения, которые ранее не были в него включены:

  • Распыляйте 5 мл 0,1% перекиси водорода, растворенной в 0,9% физрастворе, каждый час или два. Лучше использовать небулайзер, который подключается к сети, потому что он более эффективен, чем ингалятор, работающий от батареек.
  • Озон вводится внутривенно обученным врачом-озонотерапевтом.
  • Принимать NAC 500 мг 2 раза в сутки.
  • Используйте сырой мёд, а не обычный мёд из продуктового магазина. Сырой мёд можно купить в интернете или в магазине здорового питания.
  • Принимать фибринолитические ферменты, такие как люмброкиназа, серрапептидаза или наттокиназа, по 2-4 таблетки два-три раза в день натощак (за час до или через два часа после еды). Это поможет расщепить микрошлаки.
  • Уменьшите дозу элементарного цинка со 100 мг до 50 мг, но только на три дня. Затем уменьшите дозу до 15 мг элементарного цинка.
  • Увеличьте дозу кверцетина с 250 до 500 мг.
  • Замените витамин С на липосомальный C — от 1000 до 2000 мг четыре-шесть раз в день.

Доктор Джозеф Меркола — основатель сайта Mercola.com. Врач-остеопат, автор бестселлеров и обладатель множества наград в области естественного здоровья, его основная цель — изменить современную парадигму здоровья, предоставив людям ценный ресурс, который поможет им взять под контроль своё здоровье.

Комментарии
Дорогие читатели,

мы приветствуем любые комментарии, кроме нецензурных.
Раздел модерируется вручную, неподобающие сообщения не будут опубликованы.

С наилучшими пожеланиями, редакция The Epoch Times

Упражения Фалунь Дафа
ВЫБОР РЕДАКТОРА