Фото: pixabay.com/Pixabay License  | Epoch Times Россия
Фото: pixabay.com/Pixabay License

Вся правда о депрессии

Раскрытие информации о ложных эффектах и химическом дисбалансе
Автор: 24.03.2022 Обновлено: 24.03.2022 12:21
Множество людей плохо представляют себе ситуацию в современной медицинской индустрии. К сожалению, медицинская наука подверглась научному мошенничеству и попала под влияние фармацевтических компаний. Многие врачи, занимающие влиятельные посты, пытаются приоткрыть завесу и рассказать о существующей ситуации в медицинской индустрии.

Купленное предательство

Доктор Марсия Энджелл, врач и главный редактор медицинского журнала New England Medical Journal, написала в PLoS Med, что половина всей опубликованной литературы содержит ложные сведения:

«Сейчас невозможно верить большинству опубликованных результатов клинических исследований, полагаться на мнение доверенных врачей или авторитетные медицинские руководства. Не поймите меня неправильно, депрессия — это вполне реальное состояние, и она остаётся серьёзной проблемой. Однако методы лечения этого состояния вызывают сомнение».

Арнольд Сеймур Релман (1923-2014 гг.), профессор медицины Гарвардского университета и бывший главный редактор журнала New England Journal of Medicine, написал в статье «Кто платит за пиццу?» о необходимости пересмотра отношений между врачами и фармацевтическими компаниями:

«Медицинская профессия куплена фармацевтической промышленностью не только в плане медицинской практики, но и в плане обучения и исследований, — говорится в статье. — Академические институты в этой стране позволяют себе быть платными агентами фармацевтической промышленности. Я считаю это позорным».

Депрессия — это химический дисбаланс?

Следует сразу оговориться, что теория химического дисбаланса — это всего лишь теория — она никогда не была доказана. Итак, с учётом сказанного, была ли эта теория выдана за факт? Если да, то используется ли он для продвижения на рынок большего количества лекарств?

Как сказал Джозеф Койл, нейробиолог из Гарвардской медицинской школы:

«Химический дисбаланс — это своего рода мышление прошлого века. Всё гораздо сложнее».

Утверждение о том, что депрессия возникает из-за химического дисбаланса, просто упрощает ситуацию и не говорит о серьёзности заболевания. Существует множество исследований, которые показывают, что депрессия — это гораздо больше, чем просто недостаток или избыток определённых химических веществ в мозге.

Очевидно, что существуют несколько причин, вызывающих депрессию: генетическая уязвимость, стрессовые события в жизни, лекарства, проблемы со здоровьем и многое другое.

Доктор Джоанна Монкрифф, британский психиатр и писатель, написала в своём блоге:

«В периоды депрессии в мозге происходят разные биохимические реакции. Однако ни одно исследование не доказало, что депрессия как-то связана с конкретным состоянием мозга».

«Помимо биохимических теорий, были опубликованы многочисленные результаты, указывающие на причину депрессии, включая изменение уровня кортизола (гормона стресса), аномалии объёма мозга и нейротрофический фактор.

Во всех случаях исследования дают противоречивые результаты, и ни один из них не является специфичным для депрессии, не говоря уже о причинно-следственной связи, — добавила она. — Тот факт, что за 50 лет интенсивных исследований не удалось выявить связь депрессии с мозгом, говорит об отсутствии необходимой технологии или о неверном подходе к заболеванию!»

Доказательства теории

Наиболее распространённым доказательством в поддержку теории химического дисбаланса считается тот факт, что некоторые препараты улучшают либо ухудшают настроение людей и животных. Хотя антидепрессанты воздействуют на уровень определённых химических веществ в мозге, это не доказывает теорию химического дисбаланса депрессии.

При сегодняшних технологиях мы просто не можем определить наличие у человека химического дисбаланса и выяснить, какие нейромедиаторы в нём участвуют. Именно по этой причине теория химического дисбаланса остаётся теорией. Однако широкая общественность принимает теорию химического дисбаланса как факт.

В своей статье «Среда и теория химического дисбаланса депрессии» исследователи Джонатан Лео и Джеффри Р. Лакасс написали:

«Причина психических расстройств, таких как депрессия, остаётся неизвестной. Однако идея о том, что дисбаланс нейромедиаторов вызывает депрессию, активно продвигается фармацевтическими компаниями и психиатрами».

Такие теории, как низкий уровень серотонина, возникли в ходе наблюдений учёных за воздействием лекарств на мозг. Это была просто гипотеза о том, могут ли лекарства что-либо исправить. Однако нет доказательств, что у людей действительно был пониженный уровень серотонина.

«Идея о том, что причиной депрессии является химический дисбаланс в мозге, была впервые предложена в конце 1950-х — начале 1960-х годов несколькими разными учёными», — говорится в статье Лео и Лакасс.

Сначала внимание акцентировалось на нейромедиаторе норадреналине, но к середине 1960-х годов оно сместилось на медиатор серотонин. В итоге, это привело к разработке селективных ингибиторов обратного захвата серотонина (SSRI), таких как «Прозак» и «Паксил».

«Несмотря на огромное количество денег и времени, потраченных на подтверждение теории химического дисбаланса, прямых доказательств её верности так и не появилось», — сделали вывод исследователи.

Антидепрессанты и эффект плацебо

Фармацевтические компании сосредоточены на одном — на химии мозга, хотя мы знаем, что это многогранная проблема. Акцент на одной теории химического дисбаланса и раздача лекарств, которые в действительности изменяют химический состав мозга, безответственен и таит в себе свои опасности.

Ирония заключается в том, что мы знаем только одно — от приёма антидепрессантов в мозге возникает биохимический дисбаланс. Врачи говорят пациентам о наличии у них биохимического дисбаланса, а затем выписывают им антидепрессанты и создают этот биохимический дисбаланс.

Преподаватель медицины из Гарвардской медицинской школы Ирвинг Кирш написал в одной из публикаций:

«Антидепрессанты должны устранять химический дисбаланс, в частности, недостаток серотонина в мозге. Их предполагаемая эффективность является основным доказательством теории химического дисбаланса.

Но анализ данных фармацевтических компаний показал, что большая часть (если не все) преимуществ антидепрессантов обусловлена эффектом плацебо. Некоторые антидепрессанты повышают уровень серотонина, другие снижают его или вообще не оказывают никакого влияния. При этом от применения антидепрессантов в клинических испытаниях большинство пациентов и врачей успешно теряют зрение.

Теория серотонина, как и любая другая теория в истории науки, оказалась ошибочной. Вместо лечения депрессии популярные антидепрессанты вызывают биологическую уязвимость, повышая вероятность депрессии в будущем».

По словам Кирша, в исследовании 2002 года обнаружено, что 80% эффекта антидепрессантов в клинических испытаниях можно отнести к эффекту плацебо. Он пишет:

«Я предполагал, что антидепрессанты эффективны. Будучи психотерапевтом, я иногда выписывал антидепрессанты своим клиентам с тяжёлой депрессией. Иногда состояние пациентов улучшалось после их приёма, иногда — нет. Улучшение состояния клиентов я приписывал влиянию антидепрессантов.

Учитывая мой давний интерес к эффекту плацебо, мне следовало бы обратить на это внимание, но тогда я не задумывался об этом. Анализируя полученные данные, мы не удивились существенному эффекту плацебо при депрессии.

Нас удивила малая эффективность лекарства. В 75% случаев улучшение самочувствия в группе было вызвано приёмом фиктивных таблеток, в которых не было активного ингредиента».

Связи с фармацевтическими компаниями

Антидепрессанты наиболее часто назначаются в Северной Америке, а фармацевтические компании ежегодно получают миллиарды долларов только от продажи антидепрессантов. Следует также отметить огромные затраты на маркетинг и рекламу их продукции.

В результате исследований Кирша и его команды, научная литература о пользе и преимуществе антидепрессантов лишилась всякого доверия. Используя закон «О свободе информации», команда смогла получить доступ к данным, которые фармацевтические компании отправляли в Управление по контролю за продуктами и лекарствами (FDA) для одобрения использования антидепрессантов.

В итоге, команда смогла получить доступ к опубликованным и неопубликованным результатам испытаний.

«Это оказалось очень важным. Почти половина клинических испытаний, спонсируемых фармацевтическими компаниями, не была опубликована (Melander, Ahlqvist-Rastad, Meijer, & Beermann, 2003; Turner, Matthews, Linardatos, Tell, & Rosenthal, 2008).

Результаты неопубликованных испытаний были известны только фармацевтическим компаниям и FDA, и большинство из них не выявили значительного преимущества антидепрессантов над плацебо.

Данные в файлах FDA были основой для одобрения лекарств. В этом смысле они имеют привилегированный статус. Если с этими испытаниями что-то не так, то лекарства не должны быть одобрены ведомством», — говорится в отчёте исследователей.

Результаты испытаний показали преимущество препаратов перед плацебо только в 43% случаях. Остальные 57% испытаний закончились неудачей. Другие исследования также продемонстрировали неэффективность антидепрессантов и факт сокрытия этого фармацевтическими компаниями. Более тревожным знаком стало отсутствие исследований по поводу вреда, причиняемого антидепрессантами.

В исследовании, опубликованном в «Британском медицинском журнале», учёные обнаружили, что фармацевтические компании не раскрывают всю информацию о результатах испытаний своих препаратов.

В отчётах о клинических исследованиях не сообщается в полном объёме о нанесении вреда препаратами. Эти отчёты берут за основу в своей работе основные органы здравоохранения, такие как FDA.

Доктор философии, аспирант международного сообщества исследователей «Кокрейн» и ведущий автор испытаний Таманг Шарма отметила:

«Обнаружено, что многие приложения отчётов часто были доступны только по запросу властей, а власти никогда их не запрашивали».

Она на самом деле была немного напугана тем, насколько плохой была бы реальная ситуация, если бы у них были полные данные.

Психолог Лиза Косгроув и её команда исследовали финансовые связи между членами комиссии Диагностического и статистического руководства по психическим расстройствам (DSM) и фармацевтической промышленностью.

Они обнаружили, что 95 из 170 членов комиссии DSM имели одну или несколько финансовых связей с компаниями фармацевтической промышленности.

Комиссии по «Расстройствам настроения» и «Шизофрении и другим психотическим расстройствам» в 100% случаях имели финансовые связи с фармацевтическими компаниями. Ведущими категориями финансового интереса были: финансирование исследований (42%), консультации (22%) и бюро докладчиков (16%).

Команда подвела итог:

«Наше исследование отношений между членами комиссии DSM* и фармацевтической промышленностью показывает, что существуют прочные финансовые связи между отраслью и теми, кто отвечает за разработку и изменение диагностических критериев психических заболеваний.

Эти связи особенно сильны в тех областях диагностики, где лекарства являются первой линией лечения психических расстройств.

DSM кажется скорее политическим, чем научным документом. Каждый диагностический критерий в DSM не основан на медицинской науке. Не существует анализов крови для выявления расстройств, включённых в DSM. Документ опирается на суждения практикующих врачей, которые полагаются на это руководство».

_______________________

* DSM (Diagnostic and Statistical Manual of Mental Disorders) — диагностическое и статистическое руководство по психическим расстройствам. Принятая в США номенклатура психических расстройств. Разрабатывается и публикуется Американской психиатрической ассоциацией. (Прим. ред.)

Комментарии
Дорогие читатели,

мы приветствуем любые комментарии, кроме нецензурных.
Раздел модерируется вручную, неподобающие сообщения не будут опубликованы.

С наилучшими пожеланиями, редакция The Epoch Times

Упражения Фалунь Дафа
ВЫБОР РЕДАКТОРА