«Если океан умирает, умрем и мы» /Модель корабля, представленная в ходе манифестации против климатических изменений на пляже St Ives в английском Корнуэлльсе во время саммита G7 11 июня 2021 года. (Daniel Leal-Olivas/AFP via Getty Images) | Epoch Times Россия
«Если океан умирает, умрем и мы» /Модель корабля, представленная в ходе манифестации против климатических изменений на пляже St Ives в английском Корнуэлльсе во время саммита G7 11 июня 2021 года. (Daniel Leal-Olivas/AFP via Getty Images)

Хитроумные объяснения происхождения Covid схожи с дебатами по поводу изменений климата

The Epoch Times27.07.2021 Обновлено: 14.10.2021 12:58

Применённый приём, вследствие которого дискуссия о происхождении Covid-19 сошла с рельсов из-за наклеивания этикетки «заговор», отразился на ходе дебатов по климатическим изменениям, считает специалист по экономике окружающей среды Росс МакКитрик.

«Имеются идеи, подкреплённые множеством доказательств, их никогда не отвергали, но из-за политических и культурных условий в университетах их попросту не рассматривали», — говорит в своём интервью г-н МакКитрик, профессор университета Guelph.

По мнению г-на МакКитрика, когда предположения по какому-то вопросу принимают структурный характер, они прокладывают дорогу межправительственным коммуникациям на таких платформах как Big Tech типа Facebook, Twitter. В результате эти платформы принимают редакторские решения, «которые они абсолютно точно не принимали» — чтобы отслеживать и направлять часть дебатов.

В случае с вирусом всё большее число научных работников и даже американский президент Байден, допускают, что теория утечки из лаборатории не может быть отброшена, поскольку его естественное происхождение не было доказано. С того момента многочисленные медиа и действующие платформы вынуждены были вернуться к решению контролировать тех, кто поддерживал эту теорию.

«Мы были свидетелями происходящего примерно 12 месяцев. Теперь же то, что происходит с обсуждением климатических изменений, повторяет эту ситуацию, кроме того, что это касается периода гораздо более продолжительного», — поясняет г-н МакКитрик.

Автор и известный журналист в научной области Никол Вад был одним из первых обозревателей, кто отметил, что напрасно дебаты о происхождении вируса были развёрнуты в другую сторону некоторыми лицами из научной диаспоры.

Эти дебаты, в частности в медиа, в основном были вызваны двумя статьями, появившимися в двух уважаемых научных журналах The Lancet и Nature. Эти статьи отвергали возможность утечки из лаборатории под предлогом, что это не соответствует серьёзной науке. Одна из статей пошла дальше и отнесла эту гипотезу к теории заговора.

Стало известно, что Петер Дасзак, автор статьи в Lancet , опубликованной как открытое письмо, поддерживает отношения с лабораторией, управляемой из Пекина и исследующей коронавирус в Ухане — эпицентре этой эпидемии. Однако в его статье об этом даже не упоминалось. Это, что совершенно очевидно, чтобы избежать упрёков китайского режима.

Он ни словом не упомянул очевидную связь с отказом от теорий, указывающих на иное, чем естественное, происхождение вируса. Он ясно и громко разоблачил любую возможность лабораторной утечки.

Как уже сообщалось в Epoch Times, вследствие просьб о свободном доступе к информации всплыли документы, подтверждающие, что обе эти статьи, похоже, являются частью скоординированных усилий после телеконференции, организованной в феврале 2020 года доктором Энтони Фаучи, директором американского Института аллергологии и инфекционных заболеваний (NIAID).

Д-р Фаучи, чья организация в прошлом финансировала некоторые исследования коронавируса в уханьской лаборатории, заявил в начале пандемии, что существуют доказательства, что вирус имеет естественное происхождение. Но недавно он вернулся к своей позиции, когда другие члены научного и политического сообщества заявили, что эта точка зрения далеко не доказана.

Г-н Вад, долгие годы освещавший научные вопросы в New York Times, а также редактор и издатель Nature and Science поясняет, что исследователи опирались на мнение своих более влиятельных коллег и тех, кто занимает руководящие посты в университетских кругах, чтобы продвинуться в карьере. Отсюда следует, что часто они опасались высказываться открыто и оспаривать мысли важных персон.

«Если принимаете точку зрения, не вызывающую одобрения хоть одного из ваших научных руководителей или главы научного учреждения, вы подвергаете опасности вашу научную карьеру, — сказал г-н Вад в одном интервью.— Учитывая такую ситуацию, подозреваю, что и в другом случае небольшая группа научных работников могла оказывать влияние на всех остальных, особенно в дебатах о климатических изменениях, которые могли быть предметом изучения».

В начале пандемии многочисленные медиа, включая канадские, отражали «единое научное мнение» — вирус имеет естественное происхождение. Однако г-да Вад и МакКитрик напоминают, что наука базируется не на консенсусе.

«Политика действует на основании консенсуса и благодаря пересчёту голосов, но это не относится к науке и не должно быть таким», — утверждает г-н Вад.

«Ребяческое» отношение

После разворота событий, позволившего принять идею лабораторной утечки за действительную, некоторые медиа, которые ранее активно признавали теорию заговора, начали опрашивать экспертов по этим вопросам. Они оправдывали свою прошлую позицию тем фактом, что некоторые научные работники попросту не желали поддерживать бывшего американского президента Дональда Трампа, который сильно критиковал Пекин за эпидемию.

В одной своей статье CBC News процитировала одного научного сотрудника:

«Вы не хотите, чтобы вас считали тем, кто способствует распространению дезинформации или будете поддерживать высказывания вредные и губительные для общества».

Для г-на Вада подобные аргументы «действительно ребячество».

«Я поражён, услышав подобные аргументы от образованных людей, которые должны быть гораздо лучше проинформированы об этом», — говорит он.

Г-н МакКитрик утверждает, что если научные работники «публично лгут, это отвечает их политическим устоям», и тогда у людей останется меньше доверия к ним, будь то речь о дискуссии о происхождении вируса или о климатических изменениях.

Ян Кларк, заслуженный научный деятель по вопросам науки о земле и окружающей среде университета Оттавы, считает, что политике нет места в науке.

В случае изменения климата — область, в которую он глубоко погружен, имеет разнообразные факторы, которые осознанно примешивают политику в научную тему. Например, «в игре — геополитика, Россия и Китай поддерживают экологические движения, которые позволили бы нейтрализовать западные представления».

Проблема изменения климата становится все более важной, она неизбежна при выработке общих для Запада направлений политического развития. Правительства Америки, Канады и других стран обнародовали законы о сокращении использования ископаемого топлива, вызывающего образование тепличного эффекта. Всё это неизбежно воздействует на состояние экономики, привычную жизнь граждан и стоимость их жизни.

Страх за высказывания

По мнению Матхава Кандекара, известного канадского специалиста в области окружающей среды, доктора метеорологии, который в своих статьях, регулярно появляющихся в печати, подвергает сомнению гипотезы, которые говорят о зависимости климатических изменений от деятельности человека, но медиа не принимают это во внимание.

Он писал об этом также в журналах Pure и Applied Geophysics. Он считает, что изменения климата имеют, скорее, естественное происхождение, чем зависят от человеческой активности.

«Всё более и более наука ставит под вопрос некоторые базовые исследования, касающиеся потепления климата», — говорит он в одном интервью.

Он также добавляет, что большое число научных работников не осмеливаются делать публичные заявления, особенно это касается молодых, которые опасаются за свою карьеру.

 

Вильям ван Вингаарден, профессор физики Йоркского университета, проведя исследования изменения климата, пришёл к аналогичному выводу.

Он поделился с Epoch Times, рассказав, что когда он присутствует на конференциях, видит, что участники сознательно не задают вопросов, касающихся «политически некорректных тем». Совершенно по-иному обстоит дело при частных встречах.

«Когда вы беседуете с человеком лицом к лицу, когда рядом нет никого, например, за обедом, вы часто можете услышать: пожалуйста, только не говорите другим, но я совершенно согласен с вами», — делится он.

Для него потепление климата, как следствие деятельности человека, совершенно не доказано.

«Очень мало людей имеют смелость, действительно, высказаться против этого».

Многие из тех, кто высказывал иное мнение, подверглись публичному осуждению. Существуют сайты в интернете, которые ведут организации, выступающие против идеи климатических изменений, они представляют идеи не соответствующие доминирующей теории, ставят их под сомнение и отрицают.

Придерживаться фактов

По словам г-на ван Вингаардена, часто те, кто желает положить конец научным обсуждениям изменений климата это те, кто не имеет солидной научной базы в точных науках, а являются социологами.

Он приводит в пример дискуссию о влиянии углекислого газа на потепление климата на планете.

При дальнейшем развитии промышленности увеличивается количество углерода, производимого всё возрастающим количеством ископаемого топлива. Есть те, кто полагает, что в результате человеческой деятельности двуокись углерода воздействует на серьёзное потепление из-за тепличного эффекта.

Г-н Ван Вингаарден указывает, что его научные предположения доказывают, даже если удвоится количество двуокиси углерода, потепление климата едва ли будет больше чем на 1 градус, что, по его мнению, не так уж существенно. Сложность в том, что при небольшом нагреве воды она испаряется всё сильнее, что и приводит к усилению тепличного эффекта и общее потепление возрастает. Именно в этом существует несогласие.

«Именно это является тёмным местом. Подсчёты не позволяют доказать, что водяные испарения столь значительны», — поясняет он, добавляя, что речь идёт об очень сложном процессе, зависящим от множества факторов.

Он говорит, что научные труды Межгосударственной группы экспертов по вопросам изменения климата (GIEC), организма ООН, и являются основной движущей силой, которая указывает, что фактор пара может привести к увеличению температуры от 1,5 до 4,5 °C.

Речь о слишком большом разбросе возможных ошибок, считает г-н ван Вингаарден, и добавляет, что его изыскания подтверждают значительно меньшие цифры.

Он полагает, что все модели, которыми пользуется научное сообщество по изучению климата для предсказания изменений, указывают на более высокое повышение температур, чем отмечается в конкретных реальных исследованиях.

«Чрезвычайно сложно построить модель изменений климата на земле. Следует принять во внимание очень многое. Даже самые мощные современные компьютеры не могут охватить всё», — поясняет он.

С развитием промышленного производства увеличивается количество выбросов углекислого газа из ископаемого топлива.

По мнению г-на ван Вингаардена, принимая во внимание все неточности и возможные серьёзные ошибки, важно, чтобы научное сообщество придерживалось принципов и объективно изучало все данные, вместо того, чтобы вставать в защитную позу, не признавая неопределённостей.

Он напоминает, что в конце 1990 годов были высказаны многочисленные предположения о значительном повышении температуры, которые должны были сбыться теперь или на 20 лет позднее, эти предположения не проверялись.

«В сообществе серьёзных и строгих физиков говорили, что лучше бы вам быть осторожными в ваших утверждениях, и понимать, что вы делаете. Но в среде климатологов, многие вели себя наивно, и даже говорили, что вынуждены защищаться. Нахожу это обеспокоивающим фактором», — говорит он.

В своей книге об изменениях климата, вышедшей в 2016 году он показывает, что GIEC признаёт, что допускала ошибки в предыдущих докладах, в частности в докладе за 2007 год указывалось, что ледники Гималаев полностью растают к 2035 году. Он спрашивает себя, почему же, если было более 2 500 научных работников и экспертов, их ошибочные данные не были перепроверены. Ответ, говорит он, в том, что разные части доклада составлялись небольшими группами из подкомитетов и общий текст был прочитан только очень небольшим числом людей.

Построение моделей

Г-н Хандекар также считает, что почти все виды моделей, использованных в этой области, предусматривают более значительное потепление, чем в действительности. Используя данные за прошлые десятилетия для составления предположений на настоящее время и понимая, что результаты гораздо выше, чем было предсказано конкретно, он считает это очевидным.

«Я утерял веру в климатическое моделирование», — говорит он.

По мнению г-на МакКитрика, если проанализировать, что говорят в соцсетях научные сотрудники, занимающиеся моделированием, станет ясно, что это в основном экологи, «они не хотят, чтобы их заподозрили в построении других моделей, ни чтобы не оказаться в рядах несогласных со срочной климатической кампанией, в которой мы участвуем».

При этом г-да Хандекар и МакКитрик подчёркивают, что некоторые модели, разработанные в России, где научные кадры немного в стороне от западного сообщества, не предвидят столь значительного потепления.

Ян Кларк отмечает, что результаты русских моделей более близки к мировым температурам, отмечаемым спутниками. Он выражает пожелание для GIEC опубликовать новый доклад в 2022 году, чтобы понять, внесены ли улучшения в предлагаемые модели развития.

Направление исследований

Значительное число аргументов, использованных для отрицания научных результатов, которые опровергают зависимость потепления климата от человеческой деятельности. В действительности же, большинство опубликованных по этому вопросу работ согласны с мнением, что климатические изменения — результат деятельности человека.

Отсюда консенсус, которого не было, по мнению г-на МакКитрика, а он уточняет, что многие исследования оплачены и ориентированы в некоем направлении, которое отвечает интересам оплачивающей стороны.

Он поясняет, что многочисленные конкурсы, позволяющие получить государственную дотацию в Канаде, например, никогда не ставят под вопрос факт влияния активности человека на климат. Установлено наличие кризиса и вопрос в том лишь, чтобы поскорее уменьшить его действие.

«Чрезвычайно трудно получить финансирование на изучение вопросов климата», — подтверждает он, добавляя, что финансирующая сторона вынуждена «при огромном количестве исследований о природных катастрофах отфильтровывать наиболее важные работы».

В поисках скорой помощи

Г-н Мак Китрик придерживается мнения, что изменения климата происходят не из-за деятельности человека. Ему даже «странно», что до сих пор не отмечается, насколько полезно для климатических изменений внезапное увеличение зелёного покрова земли.

«Если бы история пошла в другом направлении, если бы мы действительно присутствовали перед охлаждением, появилось бы много статей о том, насколько глобальное охлаждение будет губительным для экосистемы», — говорит он.

И добавляет, что мы часто готовы изобрести проблемы, чтобы выделить свою роль. В некотором роде человек старается любой ценой предсказать или объяснить некий феномен.

Это часто происходит после волны жаркой погоды, которая недавно охватила запад Канады и запад США. Некоторые исследователи стали утверждать, что это следствие парникового газа, от которого значительно вырастает температура.

«Как только что-то случается, они говорят: „Ну что ж, мы же об этом говорили“, но никогда никто из них не может заранее предсказать какое-либо событие, — говорит он. — Эту данность невозможно фальсифицировать, так как, здесь не идёт речь о науке, которую можно пощупать. Это не есть теория, дающая возможность проверить, верна она или нет».

Определяющие факторы

Г-н ван Вингаарден говорит, что «бросился» в тему климатических изменений в надежде защитить «бедного Эл Гора», который стал целью нападок консерваторов из-за своей активности в вопросах окружающей среды.

«Я предполагал остаться на стороне Эл Гора. Затем я начал изучать представленные данные и утверждения, они были просто абсурдными», — свидетельствует он.

Он считает, что один из главных факторов, разделивших многих специалистов, которые установили связи между климатическими изменениями и деятельностью человека, в том, что многие люди с середины и до конца ХХ века развивали идею «роста осознания» загрязнения как следствия того (и это правильно), что оставалось на заднем плане, а это отходы пластика, сбрасываемые в океан, и чёрные приливы, которые опустошают экосистему.

«Думаю, многие среди нас, я в то числе, превратились в экологов», — говорит он.

Когда в 1990-х годах появились теории, связывающие человеческую активность и потепление климата на планете, учитывая состояние многих экологов, было легко поверить, что это именно так, тем более что кругом слышалось, что «мы плохо относимся к природе», — говорит он.

Но г-н МакКитрик утверждает, что в закулисье это движение было поддержано главными политическими факторами.

Делая намёки на цель к 2050 году, выдвинутую международными организмами и принятую многими странами, включая Канаду, он говорит, что обнаружил, что современный календарь представляет «некое важное совпадение» с амбициями Коммунистической партии Китая (КПК) сделаться главным действующим лицом в мире после 100-летия основания Китайской народной республики в 2049 году.

«Обе идут точно в одном направлении, — утверждает он. — К середине этого века Запад серьёзно ослабнет и разрушит собственную индустриальную силу, доступ к энергии и другим вещам, которые исторически делали его сильным и процветающим, и в то же время мы видим, как Китай, руководимый КПК, активно развивает свою инфраструктуру по массовой добыче собственных и иных ископаемых ресурсов для удовлетворения собственных экспансионистских амбиций».

Именно поэтому его беспокоят многочисленные инициативы 2050, которые, по его мнению, не имеют никаких научных обоснований и, напротив, парализуют экономику.

«Один из беспокойных аспектов западной политики в том, что многие финансовые структуры сокращают свои фонды по развитию, связанному с нефтью, газом или углём», — говорит он.

По его мнению, это не только воздействует на национальные экономики этих западных стран, но также приводит к состоянию, когда развивающиеся страны, нуждающиеся в создании собственных энергетических инфраструктур, не могут более обращаться в международные банки, расположенные на Западе. Вместо этого они вынуждены развернуться в сторону Китая и брать там займы, входя в спираль долгов, как и страны «Один пояс — один путь». А Пекин сможет их эксплуатировать.

Г-н МакКитрик также замечает, что группы, занимающиеся экологическими вопросами окружающей среды, которые играют определяющую роль в выработке политики, связанной с климатом, отличаются молчаливостью по поводу китайских достижений в области окружающей среды. Он считает, что это «заслуга» операций Пекина по воздействию на западное общество.

Эта ситуация обострилась вследствие действий крупных финансовых институций, которые безнадёжно стремятся увеличить свои активы в Китае. Такие гиганты, как Wall Street, сократили своё финансирование проектов на Западе под предлогом активности, связанной с климатом и с социальной ответственностью, но развивают проекты энергетического финансирования в Китае, поясняет он.

Кроме вопросов, связанных с геополитикой и операциями влияния, он отмечает, что движение, связанное с климатическими изменениями, также пришло к тупику в западных странах.

«Это область, в которой имеется огромное количество данных и, потому нетрудно найти нужные элементы. Однако мне удалось обнаружить вместе со студентами, что их воззрения очень „зациклены“ на окружающей среде, но практически не существует реальной информации на этот счёт. Часто у них вызывает удивление, насколько, например, улучшилась окружающая среда в Канаде и в США», — говорит он.

«Это, скорее, система веры и морального кода, чем научный вопрос для них, и я думаю, что это подогреет их интерес к этой теме. Все попросту привыкли думать, что ваше отношение к выбросам двуокиси углерода — это и есть показатель того, хороший вы человек или нет».

Понимая, что это основное направление сознания общества, политики вдохновляются им, чтобы получить больше ваших голосов, говорит он.

Влиятельные персоны

По мнению г-на Кларка, теория, говорящая, что активность людей связана с изменением климата, поддержана на Западе некоторыми влиятельными личностями.

Он приводит несколько примеров.

Один из них Майкл Манн, директор Научных центров науки о земле Пенсильванского университета. Труды г-на Манна и двух его коллег в конце 1990 годов легли в основу знаменитого графика crosse de hockey [хоккейная клюшка], который показывает температуру с 1000 до 2000 годов. Там демонстрируется подъём температуры с началом индустриальной эры. Это график был показан в фильме «Только правда» (Une Vérité), который обеспокоил Эл Гора в 2006 году.

Это график был оспорен научным сообществом, в частности, совместной статьёй, среди авторов которой был и г-н МакКитрик, которая показывала, что на земле в XV веке был ещё более жаркий период, чем теперь. Статья рассказывала о естественных вариантах изменения климата в ходе времён, учёные представили различные факторы, влияющие на температурный режим нашей планеты.

Тем не менее г-н Кларк утверждает, что работы г-на Манна, которые для него «очевидно ошибочны», были использованы для доказательств и убеждения многих политиков и молодёжи в том, что поверхность земли разогревается за счёт двуокиси углерода.

Epoch Times настойчиво просила Майкла Манна об интервью, но просьба осталась безответной.

По мнению г-на Кларка, Джеймс Хансен, ранее директор Института Годдарда по космическим исследованиям (GISS) NASA, другой весомый персонаж, направивший активность NASA по этому пути. После отставки г-н Хансен стал приглашённым профессором Института Земли Колумбийского университета. Несколько раз он был задержан в ходе выступлений по защите окружающей среды и активное противодействие полиции.

«Он сменил свою карьеру на это дело, и ему не остаётся ничего другого, кроме разговоров о потеплении климата», — поясняет г-н Кларк.

Epoch Times связалась с г-ном Хансеном, но не получила ответа.

Активные действия NASA в отношении вопроса климатических изменений превратились в насмешку благодаря 49 бывшим его научным сотрудникам и астронавтам NASA в письме от 2012 года, в котором они просили NASA и GISS «воздержаться от замечаний, не подтверждённых в сообщениях и на интернет-сайтах».

«Мы полагаем, что утверждения NASA и GISS, о том, что двуокись углерода является результатом человеческой деятельности катастрофически воздействует на климатические изменения на земле, не имеет серьёзных обоснований, в особенности если используются эмпирические данные, которые охватывают несколько тысяч лет»,- указывается в письме.

«Сотни известных климатологов и десятки тысяч учёных других сфер публично выражают своё несогласие по поводу катастрофических предсказаний, исходящих, в частности от GISS, так как совершенно очевидно, что это НЕ подтверждено».

В политическом плане, наиболее влиятельная персона — Морис Стронг, который, по мнению Яна Кларка, сумел объединить наиболее мощных личностей в этой сфере.

Г-н Стронг, глава канадского предприятия, занимал ключевой пост в ООН, в частности заместителя генсекретаря по международным вопросам.

Г-н Стронг основатель Программы ООН по охране окружающей среды и организатор основных конференций ООН, посвящённых этой теме. Он был инициатором первого общего собрания международных экспертов по вопросам климатических изменений.

Он поддерживал крепкие связи с Китаем, используя коммерческие общества, в которых он участвовал, и позднее в рамках своей работы в ООН. После отставки он окончательно устроился в Пекине, где и оставался до своей кончины.

По мнению г-на Кларка, именно на медиа он возлагал ответственность за достоверность информации по этим вопросам, но многие из них, следуя требованиям дня, предоставляли слово тем, кто желал выделить только одну сторону проблемы.

Он считает, что «движение зелёных», достаточно спорное, превратилось в главную политическую силу. Власти сегодня разрабатывают политику, на необоснованных научных данных. Это чрезвычайно воздействует на людей и подталкивает к развитию новых технологий, которые могут ещё более негативно воздействовать на окружающую среду.

«Целыми днями люди слышат о том, что эта шапка жары и лесные пожары — следствие воздействия CO², людям недоступна хорошая научная литература. В действительности, когда мы поймём, что такое цикл — уголь и климат, идея, что мы сможем всё наладить, лишь сократив выбросы CO², абсурдна, — говорит он. — Это то, чего ждут люди, за это они голосуют, а мы тут с ценой на уголь».

По его мнению, важно, чтобы люди были хорошо проинформированы о конкретных фактах, чтобы медиа доказывали объективность своих исследований и публикаций.

По аналогии с произведением «Волшебник из страны Оз» — «надо опустить занавес и показать человека, который за ним».

Мнение, выраженное в этой статье, принадлежит ее автору и не обязательно совпадает с мнением редакции Epoch Times.

Омид Горейши

Источник: The Epoch Tmes

Комментарии
Уважаемые читатели,

Спасибо за использование нашего раздела комментариев.

Просим вас оставлять стимулирующие и соответствующие теме комментарии. Пожалуйста, воздерживайтесь от инсинуаций, нецензурных слов, агрессивных формулировок и рекламных ссылок, мы не будем их публиковать.

Поскольку мы несём юридическую ответственность за все опубликованные комментарии, то проверяем их перед публикацией. Из-за этого могут возникнуть небольшие задержки.

Функция комментариев продолжает развиваться. Мы ценим ваши конструктивные отзывы, и если вам нужны дополнительные функции, напишите нам на [email protected]


С наилучшими пожеланиями, редакция Epoch Times

Упражения Фалунь Дафа
ВЫБОР РЕДАКТОРА