Нелегальные иммигранты пересекают реку Рио-Гранде из Дель-Рио, штат Техас, в Акунью, Мексика, 20 сентября 2021 г. (Charlotte Cuthbertson/The Epoch Times)
 | Epoch Times Россия
Нелегальные иммигранты пересекают реку Рио-Гранде из Дель-Рио, штат Техас, в Акунью, Мексика, 20 сентября 2021 г. (Charlotte Cuthbertson/The Epoch Times)

Эксперт: Массовая иммиграция увеличивает углеродные выбросы

«Патологическая ненависть к себе» элиты Запада заглушает дебаты об иммиграции и окружающей среде
Автор: 08.11.2021 Обновлено: 08.11.2021 13:33
Марк Крикорян, исполнительный директор Центра иммиграционных исследований, десятилетиями изучал вопросы, связанные с иммиграцией.

Он встретился с корреспондентом The Epoch Times на Национальной конференции консерватизма в Орландо, штат Флорида, незадолго до своего выступления с докладом «Массовая иммиграция против современного общества».

The Epoch Times: Я несколько раз писал о воздействии иммиграции, особенно нелегальной, на окружающую среду, сосредоточившись на углеродных выбросах в их странах по сравнению с США.

Можно было ожидать, что это не вызовет полемику, но, кажется, эту тему не получается обсуждать без обвинений в ксенофобии и фанатизме. Как вы думаете, с чем это связано, поскольку есть ощущение, что за последние несколько десятилетий произошли изменения.

Марк Крикорян: Иммигранты приезжают специально, чтобы увеличить свой углеродный след. И я не имею в виду, что кто-то говорит: «Эй, я хочу увеличить свой углеродный след».

Они просто хотят приехать и жить в приличном доме, возможно, купить машину и вести более процветающую жизнь, что неизбежно приводит к увеличению их углеродного следа.

Если вы фермер в Гондурасе, то не оказываете большого влияния на окружающую среду.

Если же вы живёте в современном обществе, даже будучи представителем рабочего класса ниже среднего, то на окружающую среду воздействуете гораздо больше.

Это не вызывало споров в прошлом, когда проблема народонаселения в основном сводилась к вопросу внутренней рождаемости. Другими словами, когда прирост населения в основном обеспечивали американцы, рожающие детей, тогда для левых было нормально беспокоиться о росте населения, потому что это был некий способ быть антиамериканцем.

The Epoch Times: Если вы посмотрите на реакцию стран, которые проводят политику поощрения роста рождаемости, думаю, это довольно согласованная тема. Можно говорить что угодно о Римском клубе и некоторых других группах, но там, по крайней мере, было больше согласованности в вопросах иммиграции, но это, похоже, отошло на второй план.

Марк Крикорян: Я думаю, причина такой согласованности не в том, что люди, выдвигавшие эти аргументы, ненавидели Америку или Запад, хотя в большинстве случаев это так и есть, а в том, что их не заставили столкнуться с противоречиями в собственном мировоззрении.

Другими словами, мнение, что небелые по своей сути превосходят белых, является отправной точкой для большинства левых. Как противоположная версия старого пробелого расизма, это расизм против белых.

Такие речи присутствовали даже в старых дискуссиях о народонаселении в 60-х и 70-х годах. Но конфликт между этим мировоззрением и озабоченностью проблемами народонаселения не бросался в глаза, когда они говорили о проблемах народонаселения, по крайней мере, в Америке.

Потому что здесь всё ещё был относительно устойчивый рост населения, в основном благодаря внутренней рождаемости. А когда иммиграция стала движущей силой роста населения, уже нельзя было говорить о росте населения, как о проблеме.

Я не хочу наводить панику по поводу демографии или экологии, но если вы беспокоитесь о выбросах углекислого газа, то стоит озаботиться вопросом масштабной иммиграции. Как можно не обращать на это внимание?

И тем не менее никто этого не делает.

Такое же чувство возникает, когда Китаю дают поблажку за строительство угольных станций и всего остального. Поскольку вы не можете критиковать Китай, это ведь не западная страна.

Даже при том, что экономика Запада стала гораздо менее вредной для окружающей среды, вы всё равно должны сосредоточиться на этом.

Но если сосредоточить внимание на Китае, как на источнике дальнейших проблем для окружающей среды, это в какой-то степени сочтут расизмом, точно так же, как и разговоры об уханьском вирусе, хотя он явно появился именно там.

Это разные версии патологической ненависти к себе элиты Запада. И одно из проявлений этого — ослабление (фактически исчезновение) озабоченности тем, что иммиграция приводит к увеличению выбросов углекислого газа.

The Epoch Times: Такую же странную реакцию можно увидеть даже в контексте того, как левые по-разному реагируют на христианских и мусульманских иммигрантов с Ближнего Востока.

Марк Крикорян: Это та же идея — патологическая ненависть к себе. Считается, что христиане с Ближнего Востока больше похожи на нас, а значит, они плохие, хотя именно им приходится труднее всего на Ближнем Востоке.

Массовая иммиграция и де-факто открытые границы — это ценность для левых, не подлежащая обсуждению. Поэтому если вы экологическая группа, то открытые границы должны превалировать над защитой окружающей среды. Если вы профсоюз, то открытые границы должны преобладать над интересами рабочих.

The Epoch Times: Есть ли какие-либо другие явные экологические опасности или угрозы для экосистем, связанные с массовой иммиграцией?

Марк Крикорян: Главная проблема — это выбросы углерода, использование воды и тому подобное. Другой момент — непосредственное воздействие незаконных иммиграционных потоков на хрупкую экосистему, такую как Юго-Запад США.

Происходит разрушение флоры. Контрабандисты сбивают кактусы Сагуаро, на выращивание которых ушло двести лет. Вы не можете просто посадить новый кактус Сагуаро, понимаете, о чём я?

Левые говорят, что таких разрушений можно было бы избежать открытием границ, чтобы никому не приходилось этого делать, и все могли пройти через пункты въезда.

Но в реальном мире существуют ограничения, и найдутся люди, которые захотят их обойти и попытаются сделать это экологически разрушительными способами.

Массовые нелегальные потоки людей наносят гораздо больший ущерб на Юго-Западе США, чем где-либо ещё.

The Epoch Times: Когда огромное количество людей путешествует, часто пешком, через тысячи километров, можно ожидать, что это не пройдёт бесследно.

Марк Крикорян: Особенно в труднодоступных участках местности. Джунгли на востоке Панамы называют Дарьенским пробелом, потому что там есть разрыв в дорожной системе.

Вы можете проехать из Анкориджа, Аляска, почти до Огненной Земли, не считая Дарьенского пробела, где нет дорог.

The Epoch Times: Там царит беззаконие.

Марк Крикорян: Совершенно верно. И люди стекаются туда, уничтожая окружающую среду. Лидер одной из индейских групп, вождь, который живёт там внизу, кричит о кровавых убийствах, потому что люди вторгаются на их территорию. Это вредит их образу жизни и возможности зарабатывать.

The Epoch Times: Мне также интересно узнать о ваших высказываниях по теме «Массовая иммиграция против современного общества». Что вы имели в виду?

Марк Крикорян: Я говорил о своей так называемой единой теории поля для ограничения иммиграции. Каждый подходит к иммиграции с разных сторон. Некоторых беспокоит безопасность, других — рабочая сила, окружающая среда, государственные услуги или ассимиляция.

Я хочу сказать, что всё это одно и то же. Всё указывает на то, что массовая иммиграция несовместима с целями и характеристиками современного общества.

Мы живём в постиндустриальной экономике, основанной на знаниях, и всё же мы импортируем рабочую силу XIX века. Мы импортируем бедных людей в государство всеобщего благосостояния, которого никогда не существовало в прошлом.

У нас есть элита, не верящая в ассимиляцию, но мы всё же импортируем более миллиона человек в год, которым необходимо ассимилироваться. У нас другие экологические ценности и ценности качества жизни, чем в прошлом, но мы импортируем людей, которые подрывают цели по охране окружающей среды.

Проблема не в иммигрантах, потому что иммигранты ничем особенно не отличаются от тех, кто жил сто, двести или триста лет назад. Отличаемся мы. Современное общество отличается от всего, что существовало в прошлом. Мы проводим иммиграционную политику XIX века в стране XXI века, и это не работает.

Иммиграция — это просто программа федерального правительства, которую мы по желанию можем увеличить, уменьшить или изменить в любое время.

The Epoch Times: Но мы потратили последние несколько лет на то, чтобы обнаружить, что отдельные города, очевидно, могут объявлять себя убежищами и действовать независимо.

Марк Крикорян: Да. Официально они не могут никого амнистировать, но, не сотрудничая с Иммиграционной и таможенной полицией США (ICE), они по иронии судьбы на самом деле защищают преступников, потому что единственные люди, которых ICE забирает из городов, это люди, арестованные за преступления на местном уровне.

Примечание редактора The Epoch Times: В своём отчёте за 2020 год ICE сообщила, что 68% административных арестов приходятся на осуждённых преступников, в то время как 22% — на лиц, против которых возбуждено уголовное дело, и 10% — на других нарушителей иммиграционного законодательства.

Комментарии
Дорогие читатели,

мы приветствуем любые комментарии, кроме нецензурных.
Раздел модерируется вручную, неподобающие сообщения не будут опубликованы.

С наилучшими пожеланиями, редакция The Epoch Times

Упражения Фалунь Дафа
ВЫБОР РЕДАКТОРА