Тибетские буддисты идут перед храмом Джокан (объект наследия ЮНЕСКО, 1 июня 2021 год, Лхаса, Тибетский автономный район, Китай). Ограничения на поездки для иностранных туристов были недавно ослаблены, чтобы увеличить приток посетителей в Тибет. Китайский режим стремится к 2025 году ежегодно принимать 61 миллион человек, что более чем в 15 раз превышает число жителей Тибета. (Kevin Frayer/Getty Images)
 | Epoch Times Россия
Тибетские буддисты идут перед храмом Джокан (объект наследия ЮНЕСКО, 1 июня 2021 год, Лхаса, Тибетский автономный район, Китай). Ограничения на поездки для иностранных туристов были недавно ослаблены, чтобы увеличить приток посетителей в Тибет. Китайский режим стремится к 2025 году ежегодно принимать 61 миллион человек, что более чем в 15 раз превышает число жителей Тибета. (Kevin Frayer/Getty Images)

Геноцид тибетцев в Китае ― предупреждение для всех нас

Автор: 27.08.2021 Обновлено: 27.08.2021 08:23
Речь 19 августа в Тибете Ван Яна, члена влиятельного постоянного комитета политбюро Китая, демонстрирует продолжающуюся коммунистической партией Китая (КПК) стратегию геноцида против тибетцев, в том числе и тех, кто придерживается тибетского буддизма.

Политика насильственной ассимиляции КПК в Тибете была перенесена в Синьцзян. Эти методы подходят под юридическое определение геноцида по данным ООН и США, и должны серьёзно рассматриваться в международных сообществах. Пока международное сообщество не отнесётся более внимательно и серьёзно к общепризнанному геноциду в Тибете, Синьцзяне и против Фалуньгун, наша инертность позволит КПК расширять свою политику «этнического единства» и «социализма с китайскими особенностями» на Гонконг, Тайвань и возможно, в будущем в наши собственные дома и территории.

Последнее выступление Вана представляет собой убедительное свидетельство государственной направленности и намерений Китая — ключевой момент юридического определения геноцида. В его речи раскрывает религиозные преследования КПК в автономном регионе Тибет, как часть более широкого проекта по китаизации и устранению религии среди этнически, культурно и религиозно разнообразного населения Китая.

Ван произнёс свою речь в честь 70-летия со дня «мирного освобождения» Тибета Народно-освободительной армией. Фактически вторжение в 1950 году и последующее подчинение Тибета КПК было далеко не мирным, оно привело к падению древней формы правления Тибета и бегству в 1959 году Далай-ламы, религиозного лидера Тибета, и 100 тыс. его последователей в Индию.

По данным тибетских беженцев в Индии и других странах, более 1,2 миллиона тибетцев были убиты, 100 тыс. заключены в тюрьмы, а более 6 000 монастырей разрушено. КПК подвергла пыткам, принудительному труду, концентрационным лагерям и изнасилованиям большую часть изначального тибетского населения, насчитывавшего около шести миллионов человек.

Ван, который входит в состав влиятельного постоянного комитета политбюро Китая, попытался обелить эту репрессивную историю своей недавней речью, но вместо этого он представил современные доказательства о намерении государства совершать геноцид. Эта речь должна привлечь и укрепить понимание международного сообщества юристов к этому намерению — как тоталитарного и геноцидного. Проект по укреплению власти КПК в расширяющихся границах Китая, предусматривает насильственное внедрение идей «китаизации и китайского социализма» религиозным и этническим меньшинствам, проживающим в Китае.

Ван произнёс свою речь под внушительным четырёхэтажным портретом Си Цзиньпина перед дворцом Потала в Лхасе, который имеет многовековую историю и является священным для буддийских лидеров Тибета. На мероприятии присутствовали 10 000 человек.

Ван уже выступал с аналогичной речью в 2018 году, в которой призвал «продвигать усилия по борьбе с сепаратизмом». В Тибете эти усилия направлены в первую очередь против последователей тибетского буддизма, которые вряд ли добьются отделения от Китая. Таким образом, идея тибетского сепаратизма, как и идея уйгурского терроризма, в первую очередь, является ложным оправданием, используемым КПК для подавления традиционных форм религии.

Тактика «разделяй и властвуй» также используется против религии. Сталин разработал эту модель в России как практику коммунизма, которой сейчас следуют в современном Китае. Метод состоит в том, чтобы признать одни элементы религии, но не другие, а затем, в конечном итоге, попытаться уничтожить все религиозные элементы. КПК использует это против тибетцев, позволяя практиковать некоторым тибетским буддистам, но не всем. Однако, как и в остальном Китае, растёт давление, чтобы не исповедовать религию. Даже членам КПК, по сути, запрещено совершать религиозные обряды под страхом исключения из партии.

Тем не мене около 85% населения Китая продолжает исповедовать духовность в той или иной форме. Учитываются не только признанные КПК религии — буддизм, христианство, ислам и даосизм, но и широко распространённые духовные практики, которые иногда выходят за рамки этих религиозных форм.

Например — молитвы, сжигание благовоний в дни праздников, поклонение изображениям божеств, посещение могил предков во время Фестиваля Цин Мин, священные паломничества, медитацию и советы мастеров фэн-шуй. Некоторые из этих обычаев являются традиционными, а не религиозными, но в них есть элемент духовности, и поэтому в какой-то момент они могут привлечь внимание КПК.

По словам социолога Ричарда Мэдсена:

«Даже около половины атеистов [в Китае] придерживаются некоторых религиозных убеждений, например, верят в сверхъестественные силы, рай, ад или реинкарнацию».

По мере продвижения кампании КПК, направленной против религий, ни одна духовная вера не может быть безопасной, поскольку любая духовная практика представляет угрозу идеологии КПК. А для некоторых в Китае духовная практика является сознательной формой восстания против КПК. Таким образом, духовная практика в Китае является слабым местом для КПК в её попытке представить себя как всеобъемлющую и безупречную форму мысли и действия.

Поэтому КПК стремится изгнать религию с подконтрольных территорий, при этом на словах заявляя о свободе вероисповедания и поддержке этнического разнообразия. Не обманывайтесь. Политика КПК против религии соответствует определениям геноцида, данным ООН и США, которые включают нападения, направленные на уничтожение религии, а не только этнических групп. В 2020 году доктор Эллен Кеннеди из Юридической школы Митчелла Хамлайн назвала преследование тибетцев «геноцидом» и «примером» для последующего геноцида против уйгуров.

Последнее свидетельство геноцида КПК содержится в заявлении Вана от 19 августа:

«Мы должны увидеть, что религии в Китае имеют китайскую ориентацию, и адаптировать тибетский буддизм к социалистическому обществу».

«Только следуя руководству КПК и следуя путём социализма, Тибет может достичь развития и процветания».

«Мы придерживаемся разумной политики решения этнических проблем с характерными китайскими особенностями. Мы покончили с этнической дискриминацией и отчуждением, преобладающими в старом обществе, подавили сепаратистские и саботажные действия, совершаемые группой Далай-ламы и враждебными внешними силами, и совместными усилиями способствовали общему развитию и процветанию всех этнических групп».

Заявления Вана об этническом разнообразии и религиозной свободе типичны для коммунистической лжи, используемой для преследования религии. Но они бросают вызов преследованию КПК в Тибете.

Правозащитный журнал Bitter Winter опубликовал в феврале отчёт о систематических пытках и изнасилованиях буддийских монахинь и девочек в концентрационных лагерях Тибета, двусмысленно называемых «лагерями перевоспитания», в которых содержатся сотни тысяч тибетцев. Как сообщается, силы государственной безопасности Китая целенаправленно насилуют монахинь, зная, что их монастыри отвергнут их после такой пытки.

Освещая выступление Вана, газета Guardian отметила:

«В Тибете власти обычно избивают монахов и монахинь, сажают в тюрьмы и проводят в деревнях занятия по политическому просвещению, сажают в тюрьму людей, пропагандирующих местные языки, ввели массовую слежку, ограничения на повседневную жизнь и образование, а также трудовые программы. Власти продвигают мандаринский диалект в Тибете, что, по мнению критиков, является попыткой стереть культуру. Мандарин используется в большинстве тибетских школ, а тибетский язык преподается как предмет».

Согласно отчёту Human Rights Watch за 2019 год, бывшим государственным служащим в Тибете запрещено заниматься религиозной деятельностью тибетских буддистов.
Речь Вана иллюстрирует продолжающиеся требования китаизации, социализма и повиновения всего Китая тоталитарному правлению Си Цзиньпина.

В своей речи Ван сказал:

«Мы должны неуклонно следовать „Мыслям Си Цзиньпина о социализме с китайской спецификой в новую эпоху“ в качестве руководства: укреплять сознание необходимости сохранения политической целостности, мыслить масштабно, следовать руководящему ядру и держаться в согласии, укреплять доверие к пути, теории, системе и культуре социализма с китайской спецификой, поддерживать ключевое положение генсека Си Цзиньпина в ЦК партии и партии в целом, а также авторитет и централизованное, единое руководство ЦК партии».

Ван оправдывал геноцидные действия КПК, теоретически утверждая:

«КПК — это конец или „выбор“ истории, который невозможно персонифицировать, что на самом деле является решимостью миллиардов людей на протяжении миллионов лет».

«Мы должны помнить о необыкновенном 100-летнем пути КПК и хорошо оценить тот факт, что руководство КПК — это выбор истории и народа».

Суть речи Вана заслуживает полной цитаты, поскольку она полностью иллюстрирует неизменную цель КПК по построению государства, ассимиляции культуры и религии и подавлению инакомыслия в Тибете:

«Мы должны укреплять гармонию и стабильность в Тибете и обеспечивать национальную безопасность и стабильность в приграничных районах. В настоящее время в Тибете сохраняется социальная стабильность: это достижение далось нелегко, и его нужно ещё больше беречь. Мы должны хорошо понимать особенности работы в Тибете на данном этапе, укреплять социальное управление и искать новые пути его осуществления, мобилизовать чиновников и широкую общественность всех этнических групп на создание железной защиты от сепаратистской деятельности.

Мы должны следить за тем, чтобы религии в Китае имели китайскую ориентацию, и направлять тибетский буддизм на адаптацию к социалистическому обществу. И мы должны сплотить вокруг себя религиозных деятелей и верующих в совместных усилиях по защите национальной безопасности и социальной гармонии. Развитие Тибета за последние семь десятилетий показывает, что единство и стабильность — это благословение, в то время как сепаратистская деятельность и хаос могут привести только к катастрофе. Никто за пределами Китая не имеет права указывать на нас пальцем, когда речь идет о тибетских делах. Любые попытки или маневры, направленные на отделение Тибета от Китая, обречены на провал».

«Мы должны укреплять сильное чувство китайской нации как единого сообщества и продвигать этническое единство и прогресс. Китайская нация — это одна большая семья; гармония в этой нашей большой семье приносит процветание. Только когда мы будем развивать сильное чувство общности китайской нации, и когда все этнические группы будут работать в унисон с одной целью, мы сможем создать могучую силу для достижения великого омоложения китайской нации».

«Усилия по повышению осведомлённости населения об этническом единстве и прогрессе должны идти рука об руку с усилиями по повышению осведомлённости об основных социалистических ценностях, о патриотизме, о борьбе против сепаратистской деятельности, о контрасте между старым и новым Тибетом, о марксистских взглядах на страну, историю, этническую принадлежность, культуру и религию. Такие усилия позволят людям всех этнических групп укрепить веру в нашу великую родину, китайскую нацию, китайскую культуру, КПК и социализм с китайскими характеристиками, тем самым укрепляя культурную основу этнического единства.

Общая культурная идентичность лежит в основе этнического единства. Китайская культура всегда была связующим звеном, способствующим формированию чувства единства и принадлежности между представителями всех этнических групп в Тибете. Необходимо продолжать прилагать всесторонние усилия для обучения стандартному устному и письменному китайскому языку. Мы должны развивать и распространять китайские культурные символы и образы китайской нации среди всех этнических групп и таким образом создавать источник вдохновения для всей китайской нации».

Постоянная цель КПК по ассимиляции Тибета, ещё раз показывает миру опасную модель геноцида как образец коммунистического экстремизма, исходящего из Пекина. Таким образом, КПК совершает масштабную и губительную ошибку в своём стремлении к власти.

Подобные ошибки продолжаются и сегодня, потому что один человек, Си Цзиньпин, руководит страной, не проявляя явной терпимости к большинству. Имея лишь несколько руководящих ориентиров, кроме авторитарного прочтения конфуцианства и коммунистических догм Маркса, Ленина, Сталина и Мао.

Подавление Си своих внутренних противников, путём религиозных и политических преследований под лозунгами единства и борьбы с коррупцией, привело к тому, что те, кто остался рядом с ним, стали людьми, которые говорят Си то, что он хочет услышать. Проблему «The Yes Men» (согласны на всё) в КПК признал даже Джордж Сорос, написав 13 августа в Wall Street Journal.

Си, очевидно, хочет услышать, что он — величайший человек в Китае со времён Мао Цзэдуна, и что Китай должен стать жёстким, «сокрушить» внутренних «врагов», включая собственные коренные религии Китая, и в конечном итоге, править миром благодаря якобы превосходящей этике, науке и эффективности авторитарного социализма. Си, как и многие его коммунистические предшественники, очевидно, хочет заменить все конкурирующие системы убеждений, включая религию, своей личной версией коммунизма.

Раскрытие этих целей ассимиляции и геноцида через их реализацию против тибетцев, уйгуров и Фалуньгун является ошибкой для КПК. Помимо очевидной этической проблемы, весь мир предупреждается о том, что КПК может навязать всем нам в будущем. Цель искоренения религии должна также нанести страшный этический ущерб тем членам КПК, которые попали в иерархию, но не поддерживают цели и средства геноцида. Это создает возможности для внутреннего, хотя обычно и скрытого, инакомыслия внутри КПК.

К сожалению, многие во всём мире не обращают на это внимания или верят в рассказы КПК о простой ассимиляции. Это поощряет распространение злодеяний из Тибета и Синьцзяна в Гонконг, Тайвань и, возможно, дальше. Понимание целей и средств геноцида КПК, а также её растущей мощи и отказ от приятия более активных защитных мер, к сожалению, является формой медленного самоубийства для остальных удивительно разнообразных культур остального мира.

Взгляды, выраженные в этой статье, являются мнением автора и не обязательно отражают взгляды The Epoch Times.

Андерс Корр получил степень бакалавра/магистра политологии в Йельском университете (2001) и докторскую степень в области государственного управления в Гарвардском университете (2008). Он является директором компании Corr Analytics Inc., издателя журнала Journal of Political Risk, и провел обширные исследования в Северной Америке, Европе и Азии. Он является автором книг «Концентрация власти» (выйдет в 2021 году) и «Без посягательств», а также редактором книги «Великие державы, великие стратегии».

Источник: The Epoch Times

Комментарии
Уважаемые читатели,

Спасибо за использование нашего раздела комментариев.

Просим вас оставлять стимулирующие и соответствующие теме комментарии. Пожалуйста, воздерживайтесь от инсинуаций, нецензурных слов, агрессивных формулировок и рекламных ссылок, мы не будем их публиковать.

Поскольку мы несём юридическую ответственность за все опубликованные комментарии, то проверяем их перед публикацией. Из-за этого могут возникнуть небольшие задержки.

Функция комментариев продолжает развиваться. Мы ценим ваши конструктивные отзывы, и если вам нужны дополнительные функции, напишите нам на [email protected]


С наилучшими пожеланиями, редакция Epoch Times

Упражения Фалунь Дафа
ВЫБОР РЕДАКТОРА