Studio-Project_(29)

«Мы обнаружили, что более четверти результатов национальных выборов в разных странах мира определялись поисковым алгоритмом Google»

Это пугающий факт
Автор: 11.08.2022 Обновлено: 11.08.2022 09:15
С 2013 года д-р Роберт Эпштейн проводит исследования «через плечо» людей, выполняющих поисковые запросы, связанные с выборами, через Google, Facebook, Yahoo и Bing.

Теперь он утверждает в интервью журналу Epoch, что собрал достаточно данных, чтобы доказать, что нами манипулируют способами, которых мы не видим, и что они не оставляют задокументированного следа, по которому могут пойти власти, и искажают результаты выборов на миллионы голосов.

Доктор Роберт Эпштейн, старший психолог «Американского института поведенческих исследований и технологий» в Калифорнии (AIBRT) и бывший главный редактор журнала Psychology Today, в начале 2013 года сидел и размышлял над гипотетической ситуацией: могут ли такие компании, как Google и Facebook (признана экстремисткой организацией на территории РФ), повлиять на голоса людей на президентских выборах в США с помощью простой игры с алгоритмами, на сколько людей они повлияют и на какой процент?

В личном интервью, которое мы провели, Эпштейн попросил меня представить, что произошло бы, если бы утром перед президентскими выборами в США в 2016 году Марк Цукерберг решил транслировать через Facebook напоминания «иди голосовать» избирателям Хиллари Клинтон.

«Согласно исследованию, проведённому самой Facebook совместно с моими бывшими коллегами из Калифорнийского университета в Сан-Диего, такой шаг дал бы госпоже Клинтон около 340 тысяч голосов и более, и никто об этом бы не знал, кроме Цукерберга и некоторых его партнёров по манипулированию», — поясняет он.

Действительно ли Цукерберг сделал это?

«Как и большинство демократов, г-н Цукерберг, вероятно, был абсолютно уверен, что Хиллари победит, поэтому я не верю, что он отправил это сообщение, — говорит Эпштейн, — но нет никакого способа узнать наверняка, потому что то, что происходит на Facebook, исчезло. И, конечно же, ничто не помешает ему транслировать такие предвзятые сообщения в будущем не только в США, но и в других странах мира».

По этой причине Эпштейн решил приложить усилия к разработке системы, целью которой является отслеживание таких компаний, как Google, Bing, Yahoo, а также Facebook, документирование результатов поиска и вариантов, которые они предоставляют пользователям, и анализировать их. Это началось как серия контролируемых экспериментов, проведённых в лаборатории с соблюдением баланса и двойным слепым методом, целью которых было проверить, возможно ли вообще изменить политические взгляды людей с помощью этих результатов поиска.

Чтобы проверить это, Эпштейн произвольно разделил участников на три группы и с помощью анкет узнал об их склонности в пользу определённого кандидата. На следующем этапе каждая группа сидела перед смоделированной поисковой системой, которая отображала настоящие результаты поиска Google: первая группа получила результаты поиска, которые были смещены в пользу кандидата А на выборах, вторая группа — в пользу кандидата Б, и третья группа не была предвзята ни в одной из них. Каждому было дано 15 минут, чтобы просмотреть смоделированную поисковую систему, созданную исследователями.

«В начале эксперимента я был уверен, что смогу изменить предпочтения участников эксперимента при голосовании на 2 или 3%. Уже в первом проведённом нами эксперименте мы обнаружили, что изменили то, как они голосовали, более чем на 40%. Я подумал про себя: это невозможно, этого не может быть. Мы повторили эксперимент с другой группой и получили изменение более чем на 60%. В этот момент меня осенило. Я понял: стоп, может быть, я нашёл что-то здесь».

На следующем этапе Эпштейн решил провести эксперимент на 2 тыс. реальных колеблющихся избирателях во время избирательной кампании в Индии в 2014 году. Даже здесь, несмотря на то что избиратели хорошо знали кандидатов и ежедневно получали политические сообщения от различных партий, было обнаружено, что изменения в поисковой системе в пользу конкретного кандидата могут иметь 20-процентное влияние и даже 60-процентное влияние среди определённых групп населения в пользу этого кандидата.

— Как это сочетается с исследованиями, утверждающими, что изменить политические взгляды людей, поддерживающих определённую партию, практически невозможно?

Роберт Эпштейн: По этой причине мы использовали во всех экспериментах неопределившихся людей. Сначала мы взяли 100 человек, спросить которых за кого они проголосуют, было всё равно, что подбросить монетку. Мы проверили это, задав такие вопросы, как «Насколько вам нравится каждый кандидат? Насколько вы доверяете каждому кандидату? Насколько хорошо вы знаете каждого кандидата? и За кого бы вы проголосовали, если бы вам пришлось голосовать сегодня?» Если люди хорошо знали того или иного кандидата, мы исключали их из эксперимента. Нам нужны были только неопределившиеся участники. До сих пор я провёл много десятков таких экспериментов, и во всех из них результаты указывали на чёткую тенденцию.

Мы написали об этом прошедшую рецензию статью, и она была опубликована в журнале PNAS. Мы назвали это «эффектом манипулирования поисковой системой».

— Итак, в 2013 году вы провели эксперименты, которые доказали, что у Google есть потенциальная возможность склонить колеблющихся избирателей к конкретному кандидату, предпочитаемому поисковой системой, о чём избиратель и не догадывается. Но ещё предстоит показать, что Google действительно делает это.

Роберт Эпштейн: Действительно, и здесь всё стало интереснее. Мы поняли, что одно дело — показать способность Google влиять на результаты выборов в «лабораторных экспериментах», и совсем другое — показать, что результаты поиска Google отдают приоритет определённому кандидату и влияют на фактические результаты выборов. Вот почему мы расширили исследование. Мы начали разрабатывать систему, которая перед президентскими выборами в 2016 году сообщила бы нам, действительно ли Google поддерживает определённого кандидата и действительно ли искажает результаты в режиме реального времени.

Конечно, с этим была техническая проблема. Сразу после того, как результаты поиска появились на экране нашего компьютера или смартфона, они бесследно исчезали. Вы можете смотреть твиты или видео на YouTube снова и снова, но результаты поиска, такие как предложения, представленные нам Google или лентой новостей Facebook, исчезают, и как только они исчезают — всё.

Вы больше не можете их найти.

Вот почему система, которую мы разработали, должна была сохранять их. Каждый раз, когда один из наших экспериментаторов выполнял поиск в Google, Bing или Yahoo, копия первой страницы результатов, показанных поисковой системой, сохранялась на наших серверах. После этого страницы, к которым привели десять результатов поиска, которые появились на первой странице, также были сохранены на серверах. Вот так мы могли проанализировать информацию.

19 мая 2016 года, примерно за полгода до президентских выборов, к нам стали поступать данные от 95 человек, участвовавших в эксперименте в 24 разных странах. Так мы смогли заглянуть «через плечо» реальных людей, которые проводили реальные поиски, связанные с выборами. И по мере приближения даты выборов, данных становилось больше».

По словам доктора Эпштейна, в этот момент перед ним встала трудная дилемма:

«Если мы узнаем перед выборами, что результаты поиска отдают предпочтение определённому кандидату, должны ли мы сообщить об этом в СМИ или, может быть, в Федеральную избирательную комиссию? Если я не сообщу, будут ли они утверждать, что я был причастен к сокрытию предвыборной предвзятости? Так или иначе, я решил сосредоточиться только на сборе данных. В марте 2017 года, после того как в Белый дом вошёл новый президент, у нас было 13 207 поисковых запросов, связанных с выборами (132 070 результатов поиска), и 98 044 страницы, на которые ссылались результаты поиска».

— И что вы обнаружили?

Роберт Эпштейн: Мы обнаружили, что результаты поиска Google явно благоприятствуют Клинтон. За шесть месяцев, которые мы отслеживали, наблюдалась явная предвзятость в пользу Клинтон, даже если человек вводил поисковый запрос, предвзятый в пользу Трампа. В период с октября по ноябрь (время выборов), все десять ссылок на первой странице результатов, отображаемых в поисковой системе, отдавали предпочтение Клинтон. Google отдавал предпочтение Клинтон в два раза больше, чем в Yahoo. И не только избиратели в демократических штатах получили результаты в пользу Клинтон, но и избиратели в республиканских штатах и в колеблющихся штатах. Помимо всего этого, мы видели, что через десять дней после выборов перекос в результатах в пользу Клинтон постепенно исчез.

Согласно собранным нами данным и исходя из уровня предвзятости, который мы нашли в Google, мы подсчитали, что поисковая система Google вызвала передачу от 2,6 до 10,4 млн голосов в пользу Хиллари Клинтон.

Конечно, это не помогло ей победить в конце концов, но это был пугающий факт. Я вдруг понял, что горстка менеджеров в американских высокотехнологичных компаниях, которые не должны отчитываться перед общественностью, а только перед их акционерами, контролируют возможность изменить мышление и поведение людей в огромных масштабах. В какой-то момент мы подсчитали, что по состоянию на 2015 год более четверти национальных выборов в разных странах мира определялись поисковым алгоритмом Google. Это потому, что никто не использует другие алгоритмы поиска, все используют поисковик Google, а многие выборы по всему миру проходят очень напряжённо. Они иногда решаются на грани голоса.

— В исследованиях принято говорить о статистической значимости, чтобы проиллюстрировать достоверность данных. Насколько убедительны ваши выводы о том, что Google искажает общественное мнение в пользу определённого кандидата?

Роберт Эпштейн: Это выходит за рамки статистической значимости. Это совершенно не соответствует действительности. Обычно в поведенческих и социальных науках мы изучаем небольшие эффекты и поэтому говорим о статистической значимости. Но в этом случае обнаруженные нами эффекты были настолько велики, что не было необходимости говорить об очевидности.

На диаграмме слева направо.

Политическая тенденция в показанных видео, предложенных поисковиком Гугл:

  • Либералы 93,3%,
  • Консерваторы 0,7%,
  • Умеренные 6%.

Политическая тенденция пользователей Ютуба, предложенная им либеральными видео:

Консерваторы, Либералы, Умеренные.

«Мы обнаружили, что более четверти результатов национальных выборов в разных странах мира определялись поисковым алгоритмом Google»

Приближаемся к выборам 2020 г.

Во время интервью Эпштейну важно время от времени упоминать о своих политических пристрастиях.

«Я упоминаю её, потому что меня ненавидят, — говорит он мне. — Меня ненавидят за тот факт, что мои выводы, как правило, помогают консерваторам, а это не то, чем я пытаюсь заниматься. В результате многие из моих коллег и даже члены семьи злятся. Они думают, что я сторонник Трампа, но это точно не так. Именно поэтому я часто указываю, что я не консерватор, а сторонник и избиратель Демократической партии. Мне это не очень помогает».

У Эпштейна богатое резюме в области психологии. Он защитил докторскую диссертацию в Гарвардском университете у известного психолога Фредерика Скиннера.

«Скиннер был одержим вопросами контроля над обществом, — говорит он.– Он хотел понять, управляемы ли мы, существует ли такая вещь, как свобода воли, и может ли контроль быть безвредным. Он считал, что учёные-бихевиористы несут определённую ответственность за состояние человечества. Он считал, что каким-то образом мы можем построить общество так, чтобы люди были максимально счастливыми, продуктивными и творческими. Многим не понравилась его идея, и я понимаю, почему. В любом случае, я был последним докторантом, который учился у него».

После получения степени Эпштейн основал «Кембриджский центр поведенческих исследований», преподавал в нескольких университетах, включая Бостонский университет и Калифорнийский национальный университет, опубликовал 15 книг и более 300 статей по искусственному интеллекту и другим темам.

— Расскажите мне, что произошло с тех пор, как вы обнаружили предвзятость на выборах в 2016 году.

Роберт Эпштейн: Весной 2017 года я начал работать с известными учёными над разработкой более масштабной системы мониторинга онлайн-информации. И за последние полтора года мы добились большего прогресса, чем за предыдущие восемь лет вместе взятые. Перед президентскими выборами 2020 года мы набрали людей в четырёх колеблющихся штатах и установили на их компьютеры специальное программное обеспечение, которое позволило нам увидеть всё, что они искали о выборах. У нас было 1735 участников (все колеблющиеся избиратели), которые разделились на консерваторов, либералов и умеренных.

С их помощью мы задокументировали более 1,5 миллиона эфемерных впечатлений — коротких впечатлений, которые люди имеют в поисковой системе Google, Bing, Yahoo, YouTube или в новостной ленте Facebook и многое другое.

Сегодня у нас гораздо больше данных, чем раньше, и все они указывают на ужасную тенденцию. Они снова и снова показывают нам, что мы всего лишь инструменты в игре. Нами манипулируют способами, которых мы не видим, которым мы не можем сопротивляться и которые не оставляют никаких задокументированных следов, по которым могли бы пойти власти. Хотя я говорил это годами, но теперь у нас накопилось столько данных, что моя уверенность в этом утверждении возросла».

— Что вы узнали из набора данных, собранного в 2020 году перед последними выборами в США?

Роберт Эпштейн: Подобно тому, что мы обнаружили раньше, на этот раз тоже был очень сильный либеральный уклон, но не в поисковых системах Bing или Yahoo. Bing и Yahoo на самом деле имели слегка консервативный уклон, но они не особо влияют на голоса, потому что их почти никто не использует. На YouTube, для сравнения, 93% видео, рекомендованных алгоритмом Google Up Next, были взяты из очень либеральных источников новостей. Это означает, что перед выборами YouTube рекомендовал почти исключительно видео, связанные с левыми. Мало того, мы также обнаружили, что это предубеждение было направлено больше на консервативных людей, чем на либералов.

На промежуточных выборах 2018 года нам удалось подсчитать количество голосов, переданных по предвзятости, — это было 78,2 млн голосов в пользу кандидатов от демократов. В 2020 году опять же наши расчёты показали, что Google было передано не менее 6 млн голосов в пользу Джо Байдена и других демократов. Это оценки, конечно, но они основаны на почти десятилетии очень строго контролируемых экспериментов. Добавьте к этому утечки и разоблачителей, и вы, на мой взгляд, получите довольно чёткую картину того, что происходит.

— Может быть, в Интернете гораздо больше либерального (связанного с левыми) контента.

Роберт Эпштейн: Я так не думаю. Мы проверили это. Вы не можете достичь 93% на YouTube только на основе доступного контента. Это невозможно. Вы должны продвигать такой контент и высоко ранжировать его, чтобы достичь такого процента.

— Вы опубликовали выводы?

Роберт Эпштейн: Мы попытались опубликовать их за несколько дней до выборов. После того как у нас накопилось около полумиллиона временных опытов и значительно увеличился масштаб проекта, мы обращались в разные газеты, в том числе в „Вашингтон пост“ и другие, но не было ответа ни одной газеты. В итоге мы обратились в New York Post. Одна из журналисток там очень заинтересовалась и начала писать прекрасную статью о том, как крупные технологические компании фальсифицируют выборы. Она прочитала часть статьи, и я думаю, что это было здорово.

Это было 30 октября 2020 года, за несколько дней до того, как люди вышли голосовать. Далее её редактор ждала ответа от Google. Это совершенно нормальный процесс подготовки статьи. Статья должна была выйти на следующее утро, но позже той же ночью произошли две вещи. Во-первых, New York Post отозвала статью. Я не поверил. Но потом я проверил источники трафика на их сайт. Около 40 процентов трафика пришло из Google. Я понял: атаковать Google невозможно, по крайней мере, не в таких масштабах, не подвергая опасности свой бизнес. Второе, что произошло, это то, что Google внезапно отменил свои манипуляции за несколько дней, оставшихся до выборов. Мы подумали, что это интересно.

Затем я связался со своим знакомым в офисе сенатора Теда Круза после ещё одного интересного дела. Президентские выборы уже были позади, но в том же месяце в Джорджии был второй тур в Сенат. У нас было более 1 тыс. человек по всей Джорджии, с которыми мы очень внимательно отслеживали контент, исходящий от технологических компаний, и видели, что присутствует обычный перекос в пользу либеральных кандидатов. Когда 5 ноября трое сенаторов направили генеральному директору Google письмо с угрозами, резюмируя наши первоначальные выводы, предвзятость внезапно исчезла из Google. Просто полностью пропала. Не было никаких напоминаний о том, чтобы голосовать и т. д. Не получали таких напоминаний и либералы среди наших голосующих.

Другими словами, с помощью нескольких сенаторов нам удалось заставить величайшего манипулятора выборов в истории отступить и держаться подальше. Я понял, что это решение — постоянный мониторинг в больших масштабах, 24 часа в сутки все 50 штатов, делать с ними то, что они делают с нами и нашими детьми. Если мы сделаем это с ними, если будем следить, будем фиксировать, документировать и разоблачать, они не будут входить в нашу жизнь. По крайней мере, они вернут нам наши свободные и честные выборы».

— Сказать, что Google — крупнейший манипулятор выборов в истории, — очень сильное заявление. Ты поддерживаешь это?

Роберт Эпштейн: Это действительно сильное заявление. Я не делаю сильных заявлений, если не могу их подкрепить, если не знаю, что есть доказательства. И в этом случае, когда дело доходит до Google и голосов, доказательства неопровержимы. У нас есть данные мониторинга — только на последних выборах (на пост президента и на перевыборы) мы зафиксировали 1,5 млн переходных мнений. У нас есть много данных, которые были тщательно проанализированы. Мы потратили больше года на анализ. И все они демонстрируют явную предвзятость.

— Но вы не знаете, действительно ли кто-то в Google намеренно пытается исказить результаты поиска.

Роберт Эпштейн: Существуют различные способы искажения контента и влияния на мнения, убеждения, приобретения или голоса избирателей. Один из способов — руководитель компании говорит своим сотрудникам: «Делайте это, пусть это произойдёт». Второй способ — это то, что я называю «эффектом Мариуса Милнера», когда один инженер-программист в компании решает поиграть с некоторыми параметрами. Мариус Милнер, инженер-программист Google, создал огромную программу для сбора информации под названием «Google Street View».

Но, по данным Федерального управления связи США (FCC), оснащённые камерами автомобили Google уже более трёх лет не довольствуются сбором информации с улиц более чем 30 стран. Они не только фотографировали дома, но и собирали личную информацию из незащищённых сетей Wi-Fi. Согласно Google, весь проект был детищем Мариуса Милнера, который действовал без разрешения.

Его уволили? О, нет. Мариус Милнер всё ещё работает в Google. В компании его считают героем. Суть в том, что непокорные сотрудники всегда могут сделать что-то подобное.

Третий вариант — это ситуация, которую я называю «алгоритмическим пренебрежением». Допустим, на Фиджи проходят выборы. Более 90% поисковых запросов в Интернете на Фиджи выполняются через Google. Теперь предположим, что Google не заботится о Фиджи, и компания не замечает выборов. Угадайте, что будет? Их алгоритм по-прежнему будет отдавать предпочтение одному кандидату над другим. Почему? Ну, так он устроен, именно так он и должен делать. Предполагается ранжировать одну веб-страницу перед другой, ранжировать веб-сайты по различным параметрам и решать, какой из них «лучше», то есть кто окажется выше в результатах поиска. Этот алгоритм не только отдаёт предпочтение одному корму для собак перед другим или одной марке гитары над другой, он также ставит одного кандидата на выборах выше другого.

Четвёртый способ исказить результаты поиска в пользу конкретного кандидата состоит в том, что программисты вносят в алгоритм свои личные предубеждения. Сегодня 96% пожертвований Google поступает в пользу одной политической партии, в данном случае это партия, которую я люблю, Демократическая партия. И из превосходных исследований, которые были проведены, мы знаем, что когда у программистов есть какая-то предвзятость, эта предвзятость запрограммирована в алгоритмах, так что, в конечном итоге, сами алгоритмы имеют предвзятость. Google признаёт, что вносит коррективы в свой поисковый алгоритм более 3000 раз в год. То есть примерно десять раз в день люди вносят коррективы и меняют его. И, по-видимому, они меняют его способами, отражающими их личные предубеждения или предвзятость их начальника, или предвзятость генерального директора компании».

— Существует также проблема чёрных списков.

Роберт Эпштейн: Правда. В 2016 году я опубликовал довольно длинное исследование под названием „Новая цензура“. В статье речь шла о девяти чёрных списках Google. Я никогда не видел чёрных списков Google, и Google никогда не признавал наличие чёрных списков, но я знал, что они были, потому что я программист. Один из самых простых способов согласовать то, что делает алгоритм, — попросить его проверить чёрный список, прежде чем он вернёт какие-либо результаты.

— Я имею в виду, вы догадались, что чёрные списки существуют после того, как было замечено, что некоторые вещи просто не отображаются в результатах поиска.

Роберт Эпштейн: Точно. Или вещи, которые появлялись, внезапно перестали появляться. Или такие компании, как Google, Twitter или Facebook, заявляют, что определённые мнения или точки зрения больше не являются приемлемыми, а затем внезапно исчезают из поисковой системы или немедленно подвергаются цензуре, если они появляются. Как эти компании это делают? Они не перепрограммируют алгоритм. Они всего лишь добавляют несколько фраз и несколько слов в свой чёрный список. Это так просто. Я писал об этих вещах в довольно раннем периоде. В 2019 году я давал показания перед сенатским комитетом в Вашингтоне. И перед тем как я пошёл давать показания, передо мной под присягой давал показания представитель Google, вице-президент компании. Один сенатор спросил его: «Есть ли у Google чёрные списки?» А он ответил: «Нет, мэм, у нас их нет».

Несколько недель спустя старший инженер-программист Google по имени Зак Ворхиз, проработавший в компании восемь с половиной лет, покинул офис компании с более чем 950 страницами документов и двухминутным видео. Это был первый случай, когда разоблачителю коррупции удалось вынести наружу собственность компании. Среди документов были три документа под названием «Чёрные списки». Это произошло через несколько недель после слушаний. Тот же вице-президент Google, который давал показания в Конгрессе, солгал под присягой, а это является уголовным преступлением.

У нас также есть презентация PowerPoint, просочившаяся из Google под названием «Хороший цензор», в которой говорится о том, что они должны скрывать определённый контент и продвигать другой контент, и что на самом деле у них нет выбора, и они должны подвергать контент цензуре, но они «хорошие цензоры». Какой контент они подвергают цензуре? Ну, из-за людей, которые там работают, они склонны подвергать цензуре контент, который имеет определённую политическую направленность, то есть консервативный контент. Я не консервативен в своих взглядах, но мне это не нравится. Я не хочу, чтобы частная компания, которая не должна отчитываться перед общественностью, решала, что могут или не могут видеть миллиарды людей.

За последние два года было около дюжины разоблачителей, пришедших из Google. Иногда они выходили из Google с документами, которые неоднократно показывали, что там сумасшедшая политическая предвзятость, и компания навязывает её людям в США и по всему миру. Некоторые из них давали показания перед различными комитетами Конгресса. Есть также просочившаяся переписка по электронной почте. Доказательства неопровержимы: компании в Силиконовой долине, и прежде всего Google, вмешиваются в нашу жизнь и вмешиваются в наши выборы.

Кстати, Google не обязательно склоняется влево в каждой стране, но делает то, что соответствует её потребностям. Например, на Кубе, где правительство явно левое, но решительно настроено против таких компаний, как Google, Google поддерживает правых. Google также время от времени работал с китайским режимом в течение нескольких лет. Я бы не сказал, что это в духе демократии. Google делает в каждой стране то, что отвечает её потребностям. В США он определённо склоняется в одном политическом направлении».

— Пока вы в целом объяснили, что Google манипулирует. Расскажите вкратце, какие манипуляции, которые вы обнаружили, совершает Google и другие сайты в преддверии выборов.

Роберт Эпштейн: Самая сильная манипуляция, которую мы обнаружили до сих пор, называется «Эффект совпадения мнений». Незадолго до выборов такие медиакомпании, как Washington Post, а иногда и такие компании, как Tinder, говорят: «Мы поможем вам решить, за кого голосовать». Заходите на наш сайт, нажмите здесь, и мы дадим вам анкету. И в зависимости от ваших ответов по темам иммиграции, ядерного оружия, России или по любой другой теме, мы подскажем, за какого кандидата вам лучше всего проголосовать.

В проведённых нами экспериментах мы обнаружили, что когда людям дают такую анкету, а затем говорят, насколько они подходят тому или иному кандидату («Вы подходите кандидату А» — 85% и «кандидату Б» — 23%), их спрашивают: «За кого вы собираетесь голосовать? “ или „Насколько вы любите или доверяете этому кандидату?“ — все данные движутся в направлении кандидата, который, по вашему мнению, лучше всего подходит для них. Изменения, которые мы наблюдаем, варьируются от 70 до 90%. Это самые большие цифры, которые мы когда-либо последовательно получали в любом типе экспериментов, проводимых нами за последнее десятилетие. Мы протестировали десятки и десятки сайтов на предмет соответствия мнений. Мы создали алгоритмы, которые делают тест за нас, чтобы мы могли отвечать на вопросы анкеты много раз и видеть, каковы результаты.

Мы обнаружили множество других манипуляций. Первую обнаруженную нами манипуляцию мы назвали „Эффект манипулирования поисковой системой“ (SEME). Это простейшая манипуляция, которая показывает вам веб-страницы в определённом порядке или рейтинге. Мы обнаружили, что такие манипуляции могут легко передавать 20% и более голосов сомневающихся. В некоторых демографических группах это число может быть намного выше. Самое высокое число, которое мы нашли, было 80%. Это было среди умеренных республиканцев в национальном исследовании. Мы также проводили его в Индии, и там тоже нашли группы, на которые могли влиять более чем на 60%.

Ещё один источник влияния — поисковые подсказки. Мы называем это „эффектом поисковых подсказок“ (SSE). Допустим, мы участвуем в президентской гонке Клинтон против Трампа, и я поддерживаю Клинтон. Если я поисковик, то первое, что я сделаю, это позабочусь о том, чтобы когда кто-то вводит поисковый запрос, он никогда не получал предложения по поиску с негативной коннотацией в отношении Клинтон. Вы отфильтровываете негативные термины, и всё, что остаётся, — это нейтральные или позитивные термины. Но вы не делаете того же для её оппонента. Для Трампа вы позволяете появляться чему угодно, какой бы негативной ни была терминология. Вы начинаете вводить в поисковике „Трамп…“, и первое, что приходит на ум, это „Трамп — идиот“».

Некоторые результаты поиска в 2016 году. Google позаботился о том, чтобы показать положительные результаты о Клинтон.

«Мы провели контролируемые эксперименты с SSE (эффектом поискового предложения) и обнаружили, что, только подавляя или не подавляя негативные поисковые предложения, мы можем превратить распределение 50/50 между не определившимися избирателями в распределение 90/10, при этом ни один из испытуемых не имел представления, что им манипулировали».

— Пробовали ли вы публиковать свои последние результаты в рецензируемых журналах?

Роберт Эпштейн: Некоторые результаты наших проектов мониторинга 2020 и 2021 годов прошли определённый уровень рецензирования для научной презентации, которую мы должны были представить коллегам. Вскоре всё будет представлено для публикации в рецензируемом научном журнале. Это долгий процесс. Наши результаты будут опубликованы ближе к концу 2022 или в начале 2023 года. Все материалы будут задокументированы и подвергнуты рецензированию. Я надеюсь, что это поможет развеять сомнения людей относительно того, что я делаю. Надеюсь, это поможет, но может и нет. В наши дни люди не думают так ясно.

Полярное мышление [о поддержке той или иной партии] доминирует над всем. Оно доминирует в средствах массовой информации гораздо больше, чем должно быть. Оно доминирует в Конгрессе, который в большинстве случаев почти ничего не может сделать. Оно доминирует даже в том, как люди воспринимают науку. Я могу сказать о себе, что всё, что я умею делать, — это научные исследования, и я делаю это хорошо».

Предвзятые ценности

— На протяжении многих лет вы в основном занимались Google. Но Facebook — не менее важный игрок.

Роберт Эпштейн: В каком-то смысле я сожалею о том, что так много внимания уделял Google, хотя думаю, что здесь это крупнейший игрок, потому что через Google осуществляется не только политическая предвзятость, но и предвзятость ценностей. Люди снова и снова подвергаются воздействию определённого типа ценностей. Если этого нет в Google, то это на YouTube, который принадлежит Google. И я думаю, что наиболее уязвимыми в таком процессе являются дети.

Вот почему это так важно для меня. Как отецу, мне важно, наконец начать исследовать это. Я думал об этом много лет назад, но просто понятия не имел, как к этому подойти. Как можно проследить за детьми? Как вы можете заглянуть им через плечо, когда они используют свои маленькие мобильные устройства или iPad? В итоге мы придумали, как к этому подступиться, и получили финансирование. Это произойдёт в этом году. Мы собираемся проверить несколько источников влияния и их влияние на детей».

— Ранее вы упомянули инженера-программиста Google по имени Зак Ворхис, который слил огромное количество документов. Одним из документов, который он вынес из Google, был посвящён теме «Справедливость машинного обучения» (ML Fairness). Это своего рода манипуляция, напрямую связанная с тем, как Google воспринимает свою идеологическую миссию и влияет на наши ценности.

Роберт Эпштейн: Определённо. Я не знаю, насколько глубоко люди изучили эти документы, которые Зак Ворхиз вытащил из Google, но есть в них некоторые вещи, которые вас удивят. Там есть несколько документов, которые касаются «справедливости машинного обучения» или «алгоритмическая справедливость», как они это называют. На самом деле они говорят следующее: большинство пожарных — мужчины, и когда люди вводят в Google слово «пожарный» и ищут изображения, они получают только изображения пожарных-мужчин.

Это может быть фактически правильным, это соотношение может быть точным, но Google утверждает, что оно несправедливо, и поэтому его следует изменить, а алгоритм сделать справедливым. Это означает, что даже если это технически неверно, люди теперь будут видеть результаты как равное сочетание мужчин и женщин. Они добавили пожарных-трансгендеров и намерены также сбалансировать результаты поиска с точки зрения расы и этнической принадлежности. Они создают фальшивый мир из-за ценностей, которых придерживаются.

— Что бы вы посоветовали делать тем, кто читает это и хочет избежать такого влияния?

Роберт Эпштейн: Первое, что вы можете сделать, это запретить им отслеживать вас. Примерно в 2013–2014 годах я обнаружил, как могу использовать технологии и при этом сохранять конфиденциальность. Любой может научиться этому. На моём веб-сайте я объясняю некоторые довольно простые шаги. Цель сайта, чтобы помочь людям защитить свою частную жизнь и частную жизнь своих детей и семьи.

Конечно, существует фундаментальная проблема во всём, что касается детей. Сегодняшние дети совершенно не заботятся о том, что за ними следят. Многие молодые люди просто не заботятся о конфиденциальности. У них никогда не было личной жизни, поэтому они просто не заботятся об этом. Они не понимают, что когда-то было так, что можно было написать кому-то письмо, запечатать его в конверт и опустить в почтовый ящик. И если вы не уголовник с постановлением суда против вас, никто не сможет увидеть, что в этом письме, пока оно не дойдёт до получателя.

Но когда вы используете Gmail, все ваши электронные письма, входящие и исходящие, а также те, которые вы написали и не отправили, постоянно хранятся на серверах Google и анализируются алгоритмами Google. Они используются для создания ваших цифровых моделей, чтобы предсказать ваше поведение. Они используются, чтобы контролировать вас. Современные молодые люди этого не понимают. Они выросли в мире, где нет частной жизни. Это трудная проблема.

— Какими поисковыми системами вы пользуетесь?

Роберт Эпштейн: Я использую относительно новый браузер под названием Brave, и в нём я использую поисковую систему, также называемую Brave. Это довольно хорошо. Для электронной почты я использую не Gmail, а швейцарскую систему электронной почты под названием ProtonMail. Все эти инструменты очень персональные, защищены сквозным шифрованием. Они совсем как старые бумажные письма, потому что когда я отправляю электронное письмо, оно зашифровано. Никто не может это прочитать, даже ProtonMail. Единственный человек, который может прочитать его, кроме вас, это получатель.

— Это если у получателя также есть ProtonMail.

Роберт Эпштейн: Верно. Если получатель также использует ProtonMail».

— Какие-нибудь последние мысли, прежде чем мы закончим?

Роберт Эпштейн: Я хотел бы обратиться к читателям с особой просьбой. Сейчас мы находимся на этапе, когда готовы вывести проделанную работу на новый уровень. Мы знаем, как проводить исследования, мы знаем, как проводить мониторинг в больших масштабах. Мы умеем анализировать данные, и у нас даже есть алгоритм, который умеет вычислять степень политической ангажированности на веб-странице за доли секунды. Это позволит нам на следующих выборах изучить контент, который производят технологические компании, и анализирует его в режиме реального времени. Мгновенно проанализирует его и найдёт смещение, как только оно возникнет.

Если в день следующих выборов Марк Цукерберг решит разослать напоминания о «голосовании» только демократам, мы узнаем об этом через несколько минут и сообщим об этом в СМИ, в Федеральную избирательную комиссию, в Конгресс. В течение часа-двух он снимет эти напоминания. При этом он, безусловно, получит много голосов, но его также обвинят в том, что он внёс огромный незадекларированный вклад в политическую кампанию, что противоречит закону. Если у нас есть хорошо спроектированные системы мониторинга в больших масштабах, мы будем собирать огромное количество данных, которые можно будет представить в суде в качестве доказательства.

Мы должны сделать это, чтобы защитить нашу демократию и наших детей. Поэтому я обращаюсь к читателям: если вы можете помочь нам перейти на следующий уровень, пожалуйста, свяжитесь с нами. Если вы знаете кого-то, кто может помочь, свяжитесь с нами».

* Google не ответил на наш запрос о комментариях.

Комментарии
Дорогие читатели,

мы приветствуем любые комментарии, кроме нецензурных.
Раздел модерируется вручную, неподобающие сообщения не будут опубликованы.

С наилучшими пожеланиями, редакция The Epoch Times

Упражения Фалунь Дафа
ВЫБОР РЕДАКТОРА