Утечка вируса из лаборатории: паника вместо лечения. (FPG/Hulton Archive/Getty Images)
 | Epoch Times Россия
Утечка вируса из лаборатории: паника вместо лечения. (FPG/Hulton Archive/Getty Images)

Откровения британского Фаучи о панике из-за утечки вируса из лаборатории

Вместо поиска методов лечения COVID-19 учёные занялись расследованием его происхождения
Автор: 19.01.2022 Обновлено: 19.01.2022 11:50
Джереми Фаррар — бывший профессор Оксфордского университета и глава Wellcome Trust, влиятельного неправительственного спонсора медицинских исследований в Великобритании и крупного инвестора компаний по производству вакцин.

Некоторые считают Фаррара британским Энтони Фаучи. Он принимал активное участие в борьбе с пандемией, в том числе в обеспечении изоляции и введения мандатов в Великобритании. В течение всего периода пандемии Фаррара поддерживал связь со своими коллегами по всему миру. Он написал книгу о своём опыте борьбы с пандемией. Я уже рецензировал её.

В целом, книга хаотична, решительно поддерживает блокировки, не предоставляя чёткого обоснования причин, а тем более дорожной карты по обходу блокировок. Клянусь, вы могли бы внимательно прочитать эту книгу от корки до корки и узнать о пандемиях не больше, чем знали вначале. В этом смысле, книга является ужасным провалом, что объясняет причину её непопулярности.

Тем не менее, книга показательна в других отношениях, некоторые из которых я не осветил в своей рецензии. Она описывает сцену в начале пандемии, включая опасения Фаучи и других учёных по поводу неестественного происхождения вируса. Возможно, он был создан в лаборатории и просочился, случайно или преднамеренно. Эта версия отражена в книге, которую я цитирую здесь:

«Ко второй неделе января я начал осознавать масштабы происходящего. У меня возникло неприятное ощущение, что часть необходимой информации для борьбы с этой новой болезнью, остаётся закрытой. Впереди меня ждали беспокойные недели.

За эти недели я вымотался и испугался. Мне казалось, что я живу жизнью другого человека. В этот период я делал то, чего никогда раньше не делал: приобрёл дополнительный телефон, проводил тайные встречи, хранил сложные секреты. У меня были сюрреалистические разговоры с моей женой Кристианой, которая убедила меня сообщить о происходящем самым близким людям. Я позвонил своему брату и лучшему другу и оставил им мой временный номер. В приглушённых беседах я обрисовал возможность надвигающегося глобального кризиса в области здравоохранения, который можно было истолковать как биотерроризм.

‘’Если со мной что-нибудь случится в ближайшие несколько недель, — нервно сказал я им, — вот что вам нужно знать’’».

Звучит как триллер! Дополнительный телефон? Тайные встречи? Что, чёрт возьми, здесь происходит? Если действительно произошла утечка вируса, и надвигался кризис общественного здравоохранения, то почему вы, как авторитетный учёный, не рассказали обо всём общественности, не сообщили каждому чиновнику здравоохранения, не подготовили людей и не взялись за поиски терапевтических средств, которые могут спасти жизни? Почему бы вам сразу было не исследовать демографические факторы риска и не сообщить людям и учреждениям о наилучших ответных мерах?

К чему, чёрт возьми, вся эта маскировка? Кажется, что это плохое начало для государственной политики.

Предыстория событий

«В последнюю неделю января 2020 года я увидел по электронной почте сообщения от учёных из США о том, что вирус выглядит как специально созданный для заражения человеческих клеток. Это были заслуживающие доверия учёные, предположившие невероятную и пугающую возможность либо случайной утечки вируса из лаборатории, либо преднамеренного его выброса.

Появление коронавируса в Ухане, городе с суперлабораторией, казалось огромным совпадением. Может ли новый коронавирус быть как-то связан с исследованиями «усиления функции» (GOF)? Это исследования, в которых вирусы намеренно генетически модифицируются для большей заразности, а затем используются для заражения ими млекопитающих, таких как хорьки, чтобы проследить распространение модифицированного вируса. Исследования проводятся в таких высококлассных лабораториях, как лаборатория в Ухане. Заражающие хорьков вирусы могут заражать и людей, именно по этой причине хорьки являются хорошей моделью для изучения человеческой инфекции. Но исследования GOF всегда несут крошечный риск того, что что-то пойдёт не так: вирус просочится за пределы лаборатории, или вирус заразит исследователя, который затем вернётся домой и распространит его…

Новый коронавирус может оказаться не таким уж и новым. Возможно, он был создан много лет назад, помещён в морозильник, а затем вынут кем-то совсем недавно для работы над ним. А потом, может быть, был… несчастный случай? Лаборатории могут функционировать десятилетиями и также долго хранятся образцы. В 2014 году в лаборатории Мэриленда, США, были обнаружены шесть старых пробирок с сублимированным вирусом ветряной оспы, датированных 1950-ми годами. При этом они всё равно дали положительный результат на ДНК ветряной оспы. Некоторые вирусы и микробы обладают удивительной живучестью. Это звучит безумно, но когда вы входите в курс дела, становится легко связать вещи, которые никак не связаны между собой. Вы начинаете видеть закономерность, которая существует только из-за вашего собственного начального предубеждения. И моя исходная предвзятость заключалась в странности и быстроте заражения людей от животных, которое проявилось сразу — в городе с биолабораторией. Одной из отличительных молекулярных особенностей вируса была область в геномной последовательности, называемая сайтом расщепления фурина, который повышает инфекционность. Этот новый вирус, распространяющийся со скоростью лесного пожара, казался созданным для заражения человеческих клеток…

Мысль о неестественности очень заразного патогена, который мог быть высвобожден случайно или преднамеренно, втянула меня в неизвестный мне мир. Этот вопрос требовал срочного внимания со стороны учёных, но это также была территория силовых и разведывательных служб….

Когда я рассказал Элизе о подозрениях относительно происхождения нового коронавируса, она посоветовала всем участникам процесса повысить бдительность в плане безопасности. Мы должны были использовать разные телефоны, избегать обсуждения многих вещей в электронных письмах, отказаться от наших обычных адресов электронной почты и телефонных контактов».

Не забывайте, что речь идет о последней неделе января. Лучшие эксперты в мире жили в страхе, что это действительно утечка из лаборатории и, возможно, намеренная. Страх полностью поглотил их. Они прекрасно понимали, что если это окажется правдой, то мы можем увидеть что-то близкое к мировой войне. И тут встаёт вопрос об ответственности.

Жизнь в двух мирах

«На следующий день я связался с Тони Фаучи по поводу слухов о происхождении вируса и попросил его поговорить с Кристианом Андерсеном из Скриппса. Мы договорились, что группа специалистов должна срочно заняться этим вопросом. Нам нужно было знать, имеет ли вирус природное происхождение или был целенаправленно создан, а затем последовал его случайный или намеренный выброс из лаборатории BSL-4, расположенной в Уханьском институте вирусологии.

В зависимости от мнения экспертов, добавил Тони, необходимо будет проинформировать ФБР и МИ-5. Я помню, что в это время начал немного нервничать по поводу своей личной безопасности. Не знаю, чего именно я боялся. Но сильный стресс не способствует рациональному мышлению или логическому поведению. Я был измотан жизнью в двух параллельных вселенных — повседневной жизнью в Лондоне и возвращением домой в Оксфорд и тайными разговорами по ночам с людьми на разных концах света.

Эдди в Сиднее работал, пока Кристиан в Калифорнии спал, и наоборот. Мне не просто казалось, что я работаю 24 часа в сутки — я действительно работал. Вдобавок ко всему, ночью нам звонили со всего мира. Кристиана небрежно вела дневник и записала 17 звонков за одну ночь. Трудно оторваться от ночных звонков о возможной утечке вируса из лаборатории и вернуться в постель.

Раньше у меня никогда не было проблем со сном, поскольку я работал врачом в реанимации и интенсивной терапии. Но ситуация с этим новым вирусом и мрачные вопросы о его происхождении переполняли меня эмоциями. Никто из нас не знал, что произойдёт, но ситуация уже переросла в международную чрезвычайную ситуацию. Вдобавок ко всему, лишь немногие из нас — Эдди, Кристиан, Тони и я — были посвящены в секретную информацию, которая при её правдивости могла спровоцировать ряд масштабных событий. Мне казалось, что надвигается буря, по силе превосходящая всё испытанное мной ранее, и над которой никто из нас не властен».

Вместо лечения поиск источника

Ну, вот и всё. Существовали ли когда-нибудь сомнения в том, что Фаучи и другие были охвачены страхом по поводу утечки вируса из лаборатории их коллег и друзей в Ухане? Отрицал ли он это? Я не уверен, но этот рассказ Фаррара является доказательством того, что выяснение происхождения вируса было главной заботой этих влиятельных учёных с половины января и весь февраль. Вместо того, чтобы задаться такими вопросами, как «Как мы можем помочь врачам справиться с вирусом?» и «Кто уязвим для этого вируса и что мы должны сказать об этом?», они были поглощены происхождением вируса и сокрытием от общественности своей деятельности.

Опять же, я не интерпретирую, я только цитирую то, что Фаррар говорит в своей книге. Он сообщил, что эксперты на 80% уверены в искусственном происхождении вируса. Все они запланировали онлайн-встречу на 1 февраля 2020 года.

«Патрик Валланс сообщил о подозрениях спецслужбам, Эдди сделал то же самое в Австралии. Тони Фаучи сообщил Фрэнсису Коллинзу, который возглавляет Национальные институты здоровья США. Тони и Фрэнсис понимали крайнюю деликатность информации…

На следующий день я собрал все идеи, в том числе и Майкла Фарзана, и отправил их Тони и Фрэнсису по электронной почте: «По спектру, если 0 — это природа, а 100 — выброс, то я, честно говоря, нахожусь на 50! Я думаю, что это останется неопределённым без доступа к лаборатории в Ухане, а я подозреваю, что это маловероятно!»».

Эти обсуждения и расследования продолжались весь февраль. Это объясняет поведение чиновников здравоохранения многих стран, которые запаниковали вместо спокойного разрешения назревающей проблемы в общественном здравоохранении. Они потратили все свои силы на выяснение происхождения вируса. Боялись ли они привлечения за финансовые связи? Я не знаю, и Фаррар не углубляется в эту тему.

В любом случае, прошёл целый месяц, прежде чем эта группа опубликовала в журнале Nature свой доклад: «Ближайшее происхождение SARS-CoV-2». Дата его появления — 17 марта 2020 года. Это был день после объявления о блокировке в США. Теперь мы знаем, что статья была написана ещё 4 февраля и прошла неоднократное редактирование в течение последующих недель, включая правки самого Энтони Фаучи. С тех пор этот документ активно обсуждался.

Влияние страха

В ретроспективе меня больше всего поражает идея утечки информации из лаборатории. Распространение вируса по всему северо-востоку США в самые критические недели привело к невероятной бойне в домах престарелых из-за вопиющей политики, которая не смогла защитить уязвимых людей и даже намеренно заразила их. Чиновники общественного здравоохранения США и Великобритании в это время были поглощены не надлежащей медико-санитарной реакцией, а страхом перед вероятностью искусственно созданного вируса.

Они совещались втайне. Они пользовались стационарными телефонами. Они разговаривали только со своими доверенными коллегами. Это продолжалось более месяца — с конца января 2020 года до начала марта. Возник ли этот вирус в результате утечки из лаборатории или нет, в данном случае не так важно. Нет сомнений в том, что Фаррар, Коллинз, Фаучи и другие считали эту версию вероятной и тратили своё время и силы на поиск доказательств этому. Этот страх полностью поглотил их в тот самый момент, когда был необходим наилучший ответ общественному здравоохранению.

Может быть, им нужно было посвятить своё время информированию населения о том, как бороться с грядущим вирусом или помочь уязвимым людям защитить себя, объясняя всем остальным, что паниковать бессмысленно?

Вместо этого они сами запаниковали, а затем спроецировали панику на общественность. Они призвали и добились блокировки мировой экономики, чего прежде никогда не делалось.

Вирус сделал то, что делает вирус, и всё, что у нас осталось, — это потрясающие результаты борьбы с пандемией: экономическая бойня, разрушение культуры, большое количество ненужных смертей и невероятный бумажный след некомпетентности, страха, секретности, заговоров и пренебрежение реальными проблемами здравоохранения.

Джеффри Такероснователь и президент Института Браунстоуна. Он является автором пяти книг, в том числе «Правый коллективизм: другая угроза свободе».

Взгляды, выраженные в этой статье, являются мнением автора и необязательно отражают взгляды The Epoch Times.

Комментарии
Дорогие читатели,

мы приветствуем любые комментарии, кроме нецензурных.
Раздел модерируется вручную, неподобающие сообщения не будут опубликованы.

С наилучшими пожеланиями, редакция The Epoch Times

Упражения Фалунь Дафа
ВЫБОР РЕДАКТОРА