Журналист Epoch Times Ши Шань рассказывает о роли Гонконга в современном Китае и истории человечества. Он считает, что его культура еще не полностью изучена. Июль 2022 г. (The Epoch Times)  | Epoch Times Россия
Журналист Epoch Times Ши Шань рассказывает о роли Гонконга в современном Китае и истории человечества. Он считает, что его культура еще не полностью изучена. Июль 2022 г. (The Epoch Times)

Гонконг был раем и хранилищем для китайских традиций

Гонконг был хранилищем традиций Китая до прихода к власти компартии Китая
Автор: 15.08.2022 Обновлено: 15.08.2022 08:13
Многие жители Гонконга, в том числе и журналист Ши Шань из газеты Epoch Times, были опечалены недавней смертью любимого гонконгского писателя Ни Куанга.

Ши поделился своими мыслями о произведениях Ни и их  влиянии на Гонконг. По его словам, Гонконг стал хранилищем  традиций Китая до прихода к власти компартии Китая, а его культурное развитие повлияло на весь мир. Роль Гонконга в современном Китае и даже в истории человечества ещё до конца не изучена, считает Ши.

Долгое время материковый Китай называл Гонконг «культурной пустыней». Когда Ши Шань бежал из коммунистического Китая в Гонконг, реальность оказалась совершенно иной.

«Культура Гонконга очень китайская. Поскольку гонконгский диалект и кантонский язык никогда не подвергались официальным изменениям, элементы китайской культуры и её очарование сохранились в обоих языках», — заявил Ши.

К его удивлению, книга «Жизнь в Гонконге» доказала, что местные книги сохранили информацию о множестве предметов культуры. Затем у Ши наступило прозрение: коммунистический Китай был культурной пустыней, а не Гонконг.

Интеллектуалы Гонконга унаследовали древнюю китайскую культуру. Ши рассказал, что многие китайцы бежали с материка в Гонконг и искали убежища после 1949 года. Однако это не было началом миграции в город. История миграции в Гонконг восходит к древним временам. Люди из Чжунъюаня на центральных равнинах, бежавшие в Гуандун и Гонконг, спасались от вторжения северных варваров.

Тенденция к миграции в 1949 году была вызвана тем, что «люди, выступавшие против компартии Китая или её образа жизни, искали убежища в Гонконге». Именно поэтому Гонконг получил прозвище «город-убежище», объяснил Ши.

Ши поразили британские учёные, которые сохранили всё, что оказалось в руках китайских учёных в Гонконге. Компартия Китая изгнала многих интеллектуалов во время Культурной революции. Некоторые из них переехали в Гонконг, и британцам удалось спасти эти таланты вместе с их знаниями. Это было удивительно.

Британцы основали Китайский университет Гонконга в 1949 году. Его возглавил один из четырёх величайших историков современного Китая Цянь Му. Один из кампусов, Колледж Новой Азии, смог сохранить большую часть китайской культуры.

Иммигрантами в Гонконге были также писатели Луи Ча Люн Юн (Цзинь Юн) и Ни Куанг; лирик Джеймс Вонг Джим и кулинарный обозреватель Чуа Лам. (Чуа Лам родился не в Китае, а в Сингапуре, поскольку его отец эмигрировал в Сингапур). Эти четыре талантливых человека внесли свой вклад в искусство, литературу и музыку Гонконга.

В интервью 2014 года изданию South China Morning Post (SCMP) социолог поп-культуры Нг Чунг-хун назвал Джеймса Вонга «Джимом, гением лирики».

«Он улавливает подлинные чувства и мысли масс в определённую эпоху. Если вы хотите знать, какими были люди в 1950-х годах, не спрашивайте экспертов истории. Вы должны узнать, какие песни были тогда самыми популярными», — сказал он SCMP.

Хотя каждый из них уникален в своих талантах, у всех были общие интересы: преданность делу и страсть к гонконгской культуре.

Ши Шань также разделяет мысли Нг. Он считает, что их работы отражают все элементы китайской культуры. Ши описал её как «классическую, с намёками на древнюю китайскую историю».

Одновременно Ши вспомнил культурных интеллектуалов, которые остались в Китае после 1949 года. Хотя они были хорошо образованы и публиковались, Ши Шань признал, что не уважал их. Он чувствовал, что некоторые люди потеряли веру в компартию Китая, как только режим пришёл к власти.

В отличие от трусов, продолжал Ши, Ни Куанг был шанхайцем, который никогда не оглядывался назад после побега в Гонконг.

Ни был известен своим откровенным, юмористическим и антикоммунистическим поведением. Ни неоднократно публично выражал недовольство режимом. Однажды он сказал:

«Я никогда не вернусь в Китай, пока не падёт компартия».

Покойный романист также заключил, что в его родной стране за прошедшее время ничего не изменилось:

«Современный Шанхай такой же отсталый, как и в 1949 году».

Гонконг помог Китаю восстановить свою культуру

По мнению Ши, вклад Гонконга в реформы и открытость Китая неоспорим. То же самое касается его влияния на развитие Китая с точки зрения экономики и жизни в целом.

По воспоминаниям Ши, во время Культурной революции рестораны в Китае придерживались политики «Сначала заплати, потом поешь». Правило заключалось в том, чтобы не давать людям обедать и уходить без оплаты.

«Так было везде в Китае. Только рестораны Гуандуна обслуживают с небольшим сохранением китайских традиций. Правило „сначала заплати“ всё ещё действовало в нескольких закусочных, но таких было меньшинство. Гуанчжоу был единственным местом в Китае, где можно было сначала поесть, а потом заплатить».

Затем Ши увидел разделение культур Китая и Гонконга. В коммунистическом Китае общество жило по принципу «никому не доверяй» и «деньги превыше всего» по сравнению с сообществом «разделения и заботы» в Гонконге.

Ситуация изменилась, когда материк стал более открытым в конце 1970-х годов. Рестораны Гуандуна скопировали бизнес-модели китайских ресторанов Гонконга.

Ши описал полную сервировку столов в китайских ресторанах Гонконга: «Каждый стол был накрыт скатертью. У всех были свои тарелки, чашки и чайники. Мы заказали после того, как всё было организовано и урегулировано. Мы заплатили после еды».

Это была смесь китайской и британской культуры, доступная только в колонии. Вскоре «кантонский стиль», зародившийся в Гонконге, завоевал популярность среди китайских ресторанов по всему миру. Именно так Гонконг был представлен остальному миру.

Гонконгские фильмы стали известны за границей, поскольку их искусство и культура продолжали распространяться. Фильмы о кунг-фу с участием актёров боевых искусств, таких как Брюс Ли и Сэмюэл Хунг, были очень популярны за границей.

«Все любили гонконгское кунг-фу, — говорит Ши. — Иностранцы часто полагали, что все люди в Гонконге знают кунг-фу».

Подобное мнение сыграло на руку Ши, когда он переехал в Великобританию. Ши работал таксистом в бедных районах восточного Лондона. Преступления и ограбления были там обычным делом. К счастью, за два года работы таксистом Ши ни разу не ограбили. По его словам, в обществе «ходили слухи», что он практиковал китайское кунг-фу, как Брюс Ли. Никто не хотел с ним связываться.

Гонконг связывает китайскую культуру с западной

Если бы не Гонконг, материковый Китай никогда не смог бы развиваться в экономическом и социальном плане до сегодняшней степени, прямо заявил Ши.

«Конечно, материковый Китай многое скопировал у Гонконга — поверхностно. Но они так и не усвоили суть и самую важную часть Гонконга — верховенство закона» — отметил Ши.

По словам Ши, материковый Китай, к сожалению, никогда не признавал ценности Гонконга. Ему больно видеть ухудшение ситуации в Гонконге. Он считает, что Гонконг ещё не полностью изучен в современном Китае и в истории человечества.

Тем не менее, Ши выразил надежду на развитие города:

«Гонконг — это плавильный котёл. В нём смешалось всё хорошее с востока и запада, что и стало современным китайским обществом. Гонконг — поистине бесценное место».

Взгляды, выраженные в этой статье, являются мнением автора и не обязательно отражают точку зрения The Epoch Times.

Комментарии
Дорогие читатели,

мы приветствуем любые комментарии, кроме нецензурных.
Раздел модерируется вручную, неподобающие сообщения не будут опубликованы.

С наилучшими пожеланиями, редакция The Epoch Times

Упражения Фалунь Дафа
ВЫБОР РЕДАКТОРА