Вид с воздуха на угольную электростанцию в Ханьчуань, провинция Хубэй, Китай, 11 ноября 2021 года. (Getty Images) | Epoch Times Россия
Вид с воздуха на угольную электростанцию в Ханьчуань, провинция Хубэй, Китай, 11 ноября 2021 года. (Getty Images)

Китайский кризис

Рост стоимости угля в Китае может привести к кризису
Автор: 11.01.2022 Обновлено: 11.01.2022 15:35
Внутренняя добыча нефти в Китае достигла пика уже в 2013 году. В 2020 году Китай добывал 3,9 млн баррелей нефти в день внутри страны, но потреблял 14,2 млн баррелей.

Запасы угля сокращаются

Наступление в Китае пика добычи угля в 2021 году спрогнозировал ещё в 2013 году австралийский учёный Дэвид Арчибальд.

«Потребление угля на уровне 4 тыс. млн тонн в год является энергетическим эквивалентом 50 млн баррелей нефти в день, что, в свою очередь, составляет половину мирового ежедневного потребления нефти. Стоимость добычи ресурсов имеет тенденцию к сильному росту после того, как добыта половина ресурса.

Киткомы (китайские коммунисты) уже наполовину исчерпали свой первоначальный запас угля и теперь они столкнулись с неприятностями», — написал Арчибальд 26 ноября в издании The Wentworth Report.

По словам Арчибальда добыча угля в Китае в настоящее время сосредоточена в трех из 23 провинций (материкового) Китая: Шаньси, Шэньси и Внутренняя Монголия. Совокупное производство в других провинциях достигло своего пика десять лет назад.

Китай начал импортировать уголь после того, как себестоимость его производства поднялась выше цены импортируемого угля. После этого импорт вырос примерно до 10 процентов от потребления угля в Китае.

Арчибальд также отметил, что разрабатываются некоторые запасы угля в Синьцзяне, но этот регион находится слишком далеко от центров спроса на восточном побережье для транспортировки по железной дороге.

Поэтому были построены три линии сверхвысокого напряжения для транспортировки получаемой от угля электроэнергии. Линии работают на постоянном токе, что обеспечивает низкие потери при передаче электроэнергии.

Продовольственная сфера и производство солнечных батарей

Помимо поддержки экспортной отрасли, дешевая энергия из угля также обеспечивает Китай продовольствием. Китай использует 393 кг/гектар азотных удобрений для производства в среднем шести тонн зерна на гектар. Азотные удобрения в Китае производятся с использованием угля в качестве источника энергии.

Как отметил Арчибальд, именно в Синьцзяне Китай расширил производство кремния для удовлетворения мирового спроса на солнечные батареи. Для производства поликремниевых пластин требуется 117 кВт/ч энергии на килограмм.

В Синьцзяне сейчас производится около 45% всего поликремния в мире. Пик добычи угля для Китая означает, что возобновляемые источники энергии станут дороже для остального мира.

Положительные стороны сокращения добычи

Китай может поступить так же, как Запад в 1950-х и 60-х годах: обратиться к ядерной энергетике, говорит Арчибальд. Однако, несмотря на масштабные обязательства по строительству атомных электростанций, Пекин не построил достаточно реакторов, чтобы компенсировать потерю отечественного угля.

Кроме того, трудно будет обеспечить достаточно быстрые темпы строительства атомных электростанций, которые смогли бы компенсировать потери от сокращения добычи угля.

В то же время, снижение объемов добычи угля в Китае позволяет Коммунистической партии Китая делать заявления о движении Китая в направлении сокращения выбросов углекислого газа.

Однако на самом деле у Пекина нет выбора в этом вопросе — будет наращиваться добыча угля, который остался в материковом Китае, чтобы избежать краткосрочных проблем.

Снижение спроса на сталь на мировых рынках и на собственном рынке Китая привело к снижению потребления угля перенасыщенной сталелитейной промышленностью Китая.

Опять же, это позволяет Пекину представить свои обязательства по «изменению климата» в выгодном свете, но это всего лишь отражает снижение темпов экономической активности в стране.

Си Цзиньпин имел возможность воспользоваться таким положением с добычей и потреблением угля на недавней конференции ООН по изменению климата, проходившей в Глазго (Шотландия), с 31 октября по 12 ноября, известной также как COP26. Однако этого не произошло.

Политическая составляющая

Си Цзиньпин был одним из тех основных мировых лидеров, кто не принял участие в COP26. Он был вынужден не покидать Китай в сложный для компартии Китая и его собственной карьеры момент. Сейчас Си озабочен тем, как заручиться гарантиями перевыборов в октябре 2022 года на беспрецедентный третий срок. По сути, это пожизненный срок в качестве лидера компартии Китая.

Он пытался найти баланс в то время, когда в Китае заканчиваются запасы твёрдой валюты, необходимой для обеспечения дальнейшего стратегического роста авторитета партии и государства.

Си пытается создать образ коммунистического Китая, который продолжает оставаться «восходящей державой», хотя на самом деле его экономика находится в серьезном упадке примерно с 2015 года.

В связи с этим Си пришлось ограничивать свободы частного сектора экономики, который начал оспаривать контроль компартии Китая над обществом.

Экономисты КПК говорят о возвращении к маоистской «многооборотной (циркулярной) экономике» в материковом Китае, в которой зависимость от внешних рынков будет резко снижена.

Однако вместе с этим уровень жизни тоже снизится, аналогично тому, как это происходило при Мао Цзэдуне, который является для Си образцом для подражания. Такая политика приводит к массовому голоду и нищете. Но партия уверена, что будет надежно контролировать ситуацию.

Последствия

Вернется ли Китай на мировые рынки угля и железной руды? Возможно, в ограниченной степени, учитывая снижение внутреннего и международного спроса на сталь.

Положит ли рост стоимости угля конец почти полной монополии Китая на производство солнечных батарей? Возможно.

Усугубит ли сокращение производства удобрений из угля продовольственный кризис в Китае, учитывая, что он преимущественно зависит от импорта продовольствия для выживания? Безусловно.

Грегори Копли — президент Международной ассоциации стратегических исследований (Вашингтон), кавалер Ордена Австралии, предприниматель, писатель и советник правительства. Автор книги «Новая тотальная война XXI века и спусковой крючок пандемии страха».

Комментарии
Дорогие читатели,

мы приветствуем любые комментарии, кроме нецензурных.
Раздел модерируется вручную, неподобающие сообщения не будут опубликованы.

С наилучшими пожеланиями, редакция The Epoch Times

Упражения Фалунь Дафа
ВЫБОР РЕДАКТОРА