Знак валюты китайского юаня с двумя стрелками изображён возле банковского отделения Народного банка Китая в Шанхае 13 августа 2015 года. (Johannes Eisele/AFP via Getty Images) | Epoch Times Россия
Знак валюты китайского юаня с двумя стрелками изображён возле банковского отделения Народного банка Китая в Шанхае 13 августа 2015 года. (Johannes Eisele/AFP via Getty Images)

Великий валютный коллапс Китая

Стремительно падающий юань означает ещё большие трудности, поскольку Пекин изо всех сил пытается сохранить иллюзию господства над экономикой
Автор: 05.10.2022 Обновлено: 05.10.2022 12:16
Обвал китайской валюты является последним в серии симптомов экономического спада, которые руководство коммунистической партии Китая (КПК) пытается устранить, но пока без особого успеха.

Причины падения юаня и провала Пекина столь же предсказуемы, сколь и разрушительны.

Экономическая цепная реакция

Основную причину падения курса юаня можно проследить по абсолютной нетерпимости КПК к продолжающимся вспышкам COVID-19 по всему Китаю. Политика Пекина по полной изоляции даже в отношении небольшого числа случаев в ряде городов  в течение последних двух с половиной лет серьёзно подорвала экспортную производственную деятельность.

Это привело не только к замедлению экспорта обрабатывающей промышленности в Китае, но и к снижению внутреннего спроса и потребления. Покупательная способность потребителей и продуктивность производителей Китая за прошедшие месяцы упали  значительно ниже ожиданий.

Поскольку миллионы работников были уволены во время этих, кажущихся бесконечными, карантинов, доходы потребителей и настроения стали отрицательными.

Многочисленные негативные экономические события в стране

Но падение доходов от экспорта, замедление производства и сокращение потребительского спроса — не единственные негативные последствия. Другим фактором является крах сектора девелопмента недвижимости, на долю которого приходится около 29% ВВП Китая. Это также огромный негатив для благосостояния и настроений потребителей. Инвестиции в развитие недвижимости являются основной частью  индивидуальных пенсионных портфелей по всему Китаю.

В исследовании Института международной экономики Петерсона (PIIE) говорится:

«Почти 60%  от общего объёма активов, принадлежащих городским китайским домохозяйствам, — это собственность. Эта доля ещё выше для домохозяйств с низким уровнем дохода. В результате резкое снижение цен на недвижимость может спровоцировать социальные волнения, чего китайское правительство хотело бы избежать любой ценой».

Реакция отечественных инвесторов беспрецедентна. Миллионы владельцев прекратили или угрожают прекратить выплату ипотечных кредитов либо по незавершенным, либо по сильно обесцененным инвестициям в развитие недвижимости. Этот бойкот  может повлиять на 200 проектов в 80 городах и иметь пагубные последствия для финансового сектора.

Но в то время как доходы в Китае падают, инфляция растёт. Короче говоря, китайские потребители страдают от обоюдоострого меча снижения доходов и повышения цен.

Добавьте сюда миллионы разгневанных инвесторов в недвижимость, и потенциальным следствием станет рост внутренних беспорядков.

Широкомасштабные негативные последствия за рубежом

Но негативные последствия не ограничиваются Китаем. Продолжающаяся девальвация китайской валюты, кризис в сфере недвижимости и падение темпов экономического роста вытесняют иностранные инвестиции из Китая.

Глобальные инвесторы продают китайскую валюту и выходят из активов, деноминированных в юанях, таких как акции и облигации. Они также продают активы в развивающихся странах, сильно зависящих от Китая. Их опасения обоснованы.

Продолжающиеся прекращения производства в Китае нарушают цепочки поставок в других развивающихся странах. Ожидается, что эти экономические проблемы распространятся на другие страны по всему миру, что приведет к другим девальвациям валют.

Пер Хаммарлунд, главный стратег по развивающимся рынкам в Skandinaviska Enskilda Banken AB, недавно сказал:

«В связи с дальнейшим ослаблением юаня другие развивающиеся рынки столкнутся с негативным давлением на свои валюты. Больше всего это скажется на странах, которые напрямую конкурируют с Китаем по экспорту».

Это та цепная реакция, которая может спровоцировать ещё больший отток капитала в доллары США, не потому, что экономика США настолько сильна, а потому, что другие страны находятся в относительно худшем положении. Как отметил Карл Шамотта, главный рыночный стратег Corpay, в статье Financial Times: «Нам не следует ожидать значительного роста доллара, если только не произойдет большого финансового потока в сторону “тихой гавани”».

Может ли Пекин обратить вспять тенденцию к девальвации?

Китайские политики в Народном банке Китая (НБК) пытаются остановить или даже обратить вспять снижение курса юаня с помощью различных тактик. После текущего падения юаня до двухлетнего минимума и обесценившегося по отношению к доллару на 8% с начала года, Народный банк Китая объявил, что, начиная с 15 сентября, он снизит свой коэффициент требований к валютным резервам (RRR) до 6% с 8% .

Народный банк Китая заявил, что сокращение было направлено на улучшение «способности финансовых учреждений использовать валютный капитал». Но насколько эффективным будет этот шаг, ещё предстоит выяснить. Брюс Панг, главный экономист JonesLangLasalle, сказал, что это объявление «может ослабить давление на быстрое снижение курса юаня».

Предотвращение быстрой девальвации может быть наиболее реалистичным результатом, на который может надеяться Пекин. Однако в какой-то момент вместо того, чтобы пытаться поддерживать фиксированный курс, КПК может позволить юаню свободный курс. Но сделать это означало бы вырвать контроль над юанем из рук компартии. Некоторые считают, что это маловероятно, поскольку компартия должна выглядеть как структура, полностью контролирующая экономику Китая, включая его валюту.

Другие аналитики, однако, рассматривают причины обесценивания юаня, как структурные по своей природе. В этом случае Пекину, возможно, придётся пустить юань в свободное плавание, поскольку он не может контролировать отток капитала глобальных инвесторов и свою необходимую чрезмерную зависимость от неэффективных, но политически лояльных государственных предприятий для роста.

Саймон Уайт из Bloomberg согласен с этим. «Силы, вызывающие снижение курса юаня, носят структурный характер и существует растущая вероятность того, что Китай в конечном итоге может вообще отказаться от режима фиксированного обменного курса».

Задача пустить юань в свободное плавание будет заключаться в том, чтобы делать это постепенно, придавая этому правильный политический оттенок.

Может ли КПК эффективно справляться с плохими экономическими новостями?

Но, сосредоточив стимулирующие меры на госпредприятиях после продолжающихся карантинов, Пекин, по сути, вознаграждает предприятия, принадлежащие партии, за счёт потребительского сектора. В результате положительное сальдо торгового баланса Китая с 2020 года выросло примерно на $0,5 трлн.

Это экономически неразумный компромисс. Увеличение экспортной выручки не может компенсировать потерю потребительского спроса, который сокращается и остается ниже уровней, существовавших до COVID. Кроме того, потребительское кредитование, которое является основной движущей силой импорта, находится на 13-летнем минимуме.

В условиях роста инфляции и безработицы, особенно влияющих на молодое поколение, наряду с падением сектора недвижимости, управление Пекина экономикой находится под угрозой.

Бросит ли великий валютный коллапс Китая вызов способности КПК эффективно справляться с последствиями краха экономики?

Джеймс Горри— автор книги «Китайский кризис» (Wiley, 2013) и пишет в своём блоге: The Banana Republican.com. Он живёт в Южной Калифорнии.

Взгляды, выраженные в этой статье, являются мнением автора и не обязательно отражают взгляды The Epoch Times.

Комментарии
Дорогие читатели,

мы приветствуем любые комментарии, кроме нецензурных.
Раздел модерируется вручную, неподобающие сообщения не будут опубликованы.

С наилучшими пожеланиями, редакция The Epoch Times

Упражения Фалунь Дафа
ВЫБОР РЕДАКТОРА