Рик Шефф, доктор медицины. (Courtesy of Dr. Rick Sheff)
 | Epoch Times Россия
Рик Шефф, доктор медицины. (Courtesy of Dr. Rick Sheff)

Доктор-атеист стал свидетелем телепатии и теперь стремится объединить науку и духовность

Опыт телепатии помог доктору-атеисту поверить в необъяснимое
Автор: 30.06.2022 Обновлено: 30.06.2022 14:45
Доктор медицины Рик Шефф вырос в еврейской семье, но, по сути, был атеистом. На еврейскую Пасху его семья сидела и обсуждала возможные научные объяснения перехода евреев под руководство Моисея через Красное море во время Исхода.

«Я уверен, что Моисей знал карты приливов и отливов», — шутил его отец.

Для них это был повод вспомнить политическую победу во главе с исторической личностью Моисеем. Это было не о Боге. В раннем возрасте Шефф узнал, что наука содержит ответы на вопросы о том, как устроен мир.

Как врач, Шефф поделился со своими пациентами опытом, который бросал вызов современным медицинским знаниям. Один за другим он мог отбросить каждый случай как редкое явление, аномалию. Но эти «точки данных», как он называл их, стали накапливаться.

Два выдающихся факта по опыту телепатии создали трещины в его доспехах атеистической уверенности и разрушили его «паутину убеждений», основанную на современной науке. Восстановление этой паутины требовало сплетения духовности и новой научной парадигмы.

Какова ваша «сеть убеждений»?

Шефф — семейный врач, писатель и главный врач консалтинговой фирмы The Greeley Company. Он изучал философию в Оксфордском университете, а затем поступил в Медицинскую школу Пенсильванского университета.

Изучая философию, Шефф узнал о знаменитом американском философе Уилларде Ван Ормане Куайне (1908–2000 гг.), который ввёл термин «паутина убеждений».

Шефф резюмировал:

«Каждый из нас действует в личной сети убеждений. Думайте об этом как о сети взаимодополняющих утверждений о мире».

«Когда мы сталкиваемся с точкой данных — опытом или научным результатом, — которая не соответствует нашей системе убеждений, у нас есть три варианта, — сказал он. — Первый вариант — отрицать эти данные».

Мы можем списать это на «просто совпадение» или в научном исследовании предположить, что это ошибка измерения. Учёные могут сказать, например:

«Пока это исследование не будет воспроизведено рядом других людей независимо друг от друга, я не собираюсь считать эти данные достоверными. Это не данные».

Второй вариант — принять их как аномальные данные. Они остаются на периферии паутины убеждений и не влияют на суть. Мы можем сказать: «Это странно» или «Это действительно необычно», и не думать больше об этом.

Третий вариант — позволить данным занять более глубокое место в паутине убеждений, вызвав сдвиг в самой сердцевине. Именно это и случилось с Шеффом.

Точки данных, наконец, разрушили его паутину убеждений. Сначала это было болезненно, но «в результате я получил больше радости, чем когда-либо мог себе представить». Отсюда и название его книги «Радостно разбитый», в которой он рассказывает свою историю и рассуждает о будущем науки — науки, примирившейся с духовностью, а не противостоящей ей.

«Телепатический» опыт

У Шеффа был пациент, 6-месячный ребёнок по имени Райан, который был неизлечимо болен. Болезнь началась внезапно, и отцу ребёнка было трудно смириться с его близкой смертью. Райан прожил дольше прогноза, но был в очень плохой форме.

Небывалое чувство интуиции возникло у Шеффа. Он чувствовал, что Райан держится, потому что его отец Том не может смириться с его смертью. Никогда у Шеффа не возникало такой мысли, и он не говорил ничего подобного тому, что сказал Тому. Он предложил Тому подойти к постели Райана и сказать ему, что всё будет в порядке, если он уйдёт из жизни. Через два часа ребёнок умер.

«Учёный во мне хотел назвать всё это просто совпадением, — написал Шефф в своей книге. — Назовите это совпадением, чтобы сохранить мою веру в науку, которой я обучался».

Жена Шеффа, Марша, была беременна. Её лучшая подруга Сьюзен тоже была беременна.

Однажды в 4:30 утра Марша проснулась и сказала: «Сьюзен рожает, я это знаю». Она почувствовала покалывание, энергию, пробегающую по всему её телу. Она была в этом уверена, но не связалась со Сьюзан и снова заснула. Позже она узнала, что у Сьюзен начались схватки в 4:30 утра.

«Я внезапно понял, что люди могут общаться на расстоянии», — сказал Шефф. Он рассказал коллеге-врачу о своём опыте. Врач ответил, что это не данные, это просто совпадение.

В своей книге Шефф так описал свою реакцию:

«Что значит совпадение? Статистические шансы на то, что Марша проснётся точно в тот же момент, когда проснулась Сьюзен со схватками, настолько малы, что что-то должно было вызвать это. Называть это простым совпадением — возмутительный акт веры. Это плохая наука».

Если бы кто-то пришёл к нему с подобным рассказом, когда он был ещё опутан абсолютным материализмом, он получил бы такой же ответ, сообщил Шефф The Epoch Times. Он не обижается на таких людей и понимает их точку зрения.

Шефф процитировал святого Игнатия Лойолу:

«Тот, кто верит, не нуждается в доказательствах. Для неверующего никакие доказательства не помогут».

«Но всегда ли так происходит?» — задался вопросом Шефф.

Новая парадигма

«Послушай, Рик, — сказал друг Шеффа, когда тот обсуждал смену парадигмы в науке, — я не сомневаюсь, что у тебя был субъективный опыт, которым ты делился с нами на протяжении многих лет. Но это так субъективно. Это не наука. Науке нужны данные, общедоступные данные, которые другие могут проверить, воспроизвести и опровергнуть. Чем бы вы ни занимались, пожалуйста, не путайте это с наукой».

Он был прав, Шеффу нужно было больше.

«Хороший учёный следует за данными, куда бы они ни вели, а не останавливается на достигнутом, основываясь на предвзятых представлениях или теориях. У меня хватило смелости заняться этими данными, что привело меня к группе искателей новой научной парадигмы. Но он был прав. Мои данные не выдержали испытания наукой».

Ровно через неделю Шефф познакомился с Уильямом Тиллером, доктором философии. В его работе он нашёл то, что могло стать основой новой парадигмы.

Тиллер сделал успешную карьеру в мире традиционной науки. Он является почётным профессором Стэнфордского университета и бывшим заведующим кафедрой материаловедения и инженерии Стэнфорда, с многочисленными статьями, опубликованными в рецензируемых журналах.

Но, как и Шефф, он считает, что в науке должна произойти смена парадигмы масштаба Коперника. Доктор Тиллер сказал в интервью Epoch Times в 2014 году:

«Тысячи людей за последние 150 лет сделали такие замечательные вещи, которые относятся к категории парапсихологии, которые ортодоксальная наука хотела бы замести под ковёр, потому что результаты не согласуются с наукой».

«Все, что не соответствует их результатам и методологии получения этих результатов, они считают чепухой», — сказал Тиллер.

Главное открытие Тиллера заключается в том, что учёные могут влиять на результаты своих экспериментов своими собственными мыслями.

Эксперименты Тиллера показали, что человеческое намерение может изменить уровень pH воды, активность фермента в пробирке и биологические процессы в живом организме. Он провёл множество экспериментов, доказывающих влияние человеческих намерений.

Шефф писал в своей книге о прозрениях Тиллера:

«Со времён Декарта, Бэкона и Ньютона исследования в области физических наук основывались на негласном предположении, что никакие человеческие качества сознания, намерения, эмоции, разум или дух не могут существенно повлиять на хорошо спланированный целевой эксперимент в физической реальности».

Это «основное предположение широко распространённой сети убеждений, но не доказанный факт», — написал он.

Уроки истории науки для будущего

По словам Шеффа, в конце XIX века многие учёные считали, что все основные открытия уже сделаны. У них было понимание электромагнетизма и термодинамики, была сформулирована таблица Менделеева, Исаак Ньютон установил парадигму физики.

Но в то же время были данные, которые не соответствовали действительности. Например, аберрации на орбите Меркурия не могли быть объяснены с помощью физики Ньютона. Альберт Эйнштейн выдвинул гипотезу о том, что скорость света не является постоянной в целом, но она постоянна в любой заданной системе отсчёта, что было отходом от понимания Ньютона.

Теории относительности Эйнштейна инициировали ещё один сдвиг парадигмы и показали нам, что пространство и время не такие, как мы думали. Квантовая механика вызвала ещё один сдвиг, и сегодняшняя парадигма включает квантовую механику и общую теорию относительности.

Шефф спросил:

«Но считает ли кто-нибудь, что это конечная точка, окончательная парадигма, истина?»

Тара МакИсаак — редактор и репортёр, которая за 10 лет работы в The Epoch Times занималась различными темами, включая науку, окружающую среду и местные новости Нью-Йорка. В настоящее время она работает с изданием The Epoch Times в Южной Калифорнии.

Комментарии
Дорогие читатели,

мы приветствуем любые комментарии, кроме нецензурных.
Раздел модерируется вручную, неподобающие сообщения не будут опубликованы.

С наилучшими пожеланиями, редакция The Epoch Times

Упражения Фалунь Дафа
ВЫБОР РЕДАКТОРА