Все новости » Культура и искусство » Литература » Стихи Руты Марьяш. Поэты по субботам

Стихи Руты Марьяш. Поэты по субботам


/epochtimes.ru/ Как раз в эту субботу 87-летняя Рута Марьяш, живущая в Риге, переживает с другими горожанами бурю — циклон Billie, 12 баллов по шкале Бофорта. Жизнь Руты на самом деле тоже похожа на циклон, только гораздо большего балла. Ведь в пасти двадцатого «века-волкодава» выживала…

Рута Марьяш родилась в Риге в 1927 году в семье юриста и писателя Макса Шаца-Анина. Рута тоже стала адвокатом и писателем. В книге «Калейдоскоп моей памяти» она ярко, искренне, образно пишет обо всём, что было пережито ею.

Выйдя на пенсию в 1987 году после 33 лет работы в Латвийской адвокатуре, Рута занялась отцовским наследием, написала об отце книгу. В 1988 году участвовала в создании Ассоциации национально-культурных обществ Латвии. В 1989 году была избрана в Совет народных депутатов и в 1990 году — в Верховный Совет Латвийской Республики, где работала в комиссии по правам человека и национальному вопросу.

Рута Марьяш — автор семи книг, пять из которых — сборники стихов. Дважды награждена высшей наградой Латвии — Орденом Трёх Звёзд. Постоянно выступает в периодической печати. (epochtimes.ru)

Дар судьбы

Могу сказать вам откровенно,
Ничуть не покривив душой,
Своих стихов не вижу ценность
Среди Поэзии большой.

Мой дар Судьбы бесценный самый
Сродни способности любить
Свои раздумья петь стихами
И оттого счастливой быть

Мне снилась жизнь
«Жизнь моя, иль ты приснилась мне…»
Сергей Есенин.

Мне снилась жизнь — и эта, и не та,
лоскутная, отрывками такими,
что мною прожита, не дожита другими,
безвременно сгоревшими дотла
в былых огнях опричнин и торжеств,
мест отдаленных, ближних злачных мест,
и участь обездоленных невест.

Мне вперемежку снились ночь и день,
то гордые громады метрополий
и белизна изысканных застолий,
то сирость полумертвых деревень,
то сладкий дух пасхальных куличей,
то бедность рыцарей, богатство ловкачей,
на сотни жертв — десятки палачей.

Мне снился край, где ласки, боль и пытки,
и таинство нехоженой тропы,
под улюлюканье бессмысленной толпы
юродивых нелепые попытки,
пора надежд, и неуемных споров,
и ширь полей, не вспаханных просторов,
и нескончаемость больничных коридоров.

Мне снилась равнодушья мерзлота,
край рощ березовых, край проволок колючих,
и струи крови, реки слез горючих,
и корысти, и славы маята,
покорность дрессированных зверей,
лязг тормозов и ржавых якорей,
железных стен и запертых дверей.

Распад созвездий, ярость звёздных войн
в расплату за позор и униженья,
безумство вдохновенья и паденья,
край, только сниться может, где покой.
Я вижу сны в полночной тишине,
и пусть бы всё, приснившееся мне,
умчалось на взбесившемся коне…

Старое фото

С фотографии — я и не я,
И черты не мои, и осанка,
Чуть знакомый доверчивый взгляд —
Молодая глядит персиянка…

И сейчас, как полвека назад,
Не познаешь свой собственный взгляд,
Как себя ты в любые года
До конца не поймешь никогда.

Июль 2006.

Беседуя с птицей

Не пойму я, птица певчая, прости:
«Ти-ти-ти, ттт-тррр, ти-ти-ти…»
Вот бы стать такой же птицею на миг,
чтоб понятен был мне птичий твой язык,
и к тебе бы присоседиться успеть,
и дуэтом эту песенку пропеть —
в птичьем облике — родимая душа,
потому-то эта песня хороша!
Жизнь прожить, это — не поле перейти —
«Ти-ти-ти, ттт-тррр, ти-ти-ти…»
Ты сейчас, а не потом — когда-нибудь,
в небо самый мне простой укажешь путь,
а пройдя через туман небытия,
дар летучий этот обрету и я,
птицей певчею на небе обернусь,
и на землю с новой песнею вернусь…
«Ти-ти-ти, ттт-тррр, ти-ти-ти…»
нам с тобою, птица, точно по пути!

Памяти А. М.

Сегодня мне моря послышался зов
и, келью свою заперев на засов,
тропинкой протопала прежней
в какой-то невнятной надежде,

что может, подскажет морская мне гладь,
какою пред взором ушедших, предстать
не раня уже, не врачуя,
их даты кончины не чуя.

Быть может, напомнить такою себя,
что мчалась по миру, ликуя, любя,
чьи планы свершения зрели
под звуки волшебной свирели,

плодов не срывала запретных с ветвей,
но даль голубая казалась своей,
заветная цель — достижимой,
а преданность — нерасторжимой…

Но море печально молчало в ответ,
и верно — ничей не поможет совет,
коль сердцем владеет, тревога
и нет варианта иного,

чем ту вам — ушедшим, напомнить себя,
что мчалась по жизни, любя, не любя,
под звуки волшебных свирелей
тех — преданных ей менестрелей…

Мир звуков

Мир звуков необъятен и един,
морскими звездами — руками пианиста
он извлекаем из неведомых глубин,
он — перезвон цыганского мониста,
он — гул в горах, из вечности звучащий,
небесных арф волшебный перебор,
и счёт кукушки над лесною чащей,
и ручейков журчащий разговор.

Он — мир Природы, хор её огромен —
рыданье скрипок, иволги стенанья
и плеск волны, и вьюги, вихри, громы
и новизна, и древности сказанья,
и щебет птиц, и голоса певиц,
и душ людских звенящая струна,
мир звуков, он — пространство без границ,
Гармонии Единая Страна.

Просьба

Верни, Неведомая Даль,
Мне то, что отняла — отдай!
Да, знаю, знаю — замкнут круг,
А всё надеюсь, может — вдруг…

Я не прошу вернуть весну,
Но прежде, чем уйду ко сну,
Дай ощутить на миг опять
Хоть малую утраты пядь.

Дай примирить себя с собой,
И под прощальный сердца бой
Себе прощенья испросить,
А непрощёное — простить.

Пред Бездною Небытия
Дай обрести былое «Я» —
Свою пружинящую суть,
Чтоб встрепенуться, и вспорхнуть…

Обещай мне

Убаюкай меня, море,
убаюкай,
отведи угрозу горем
и разлукой,

обещай, тебя прошу я,
обещай мне
радость малую ль, большую
на прощанье…



НОВОСТИ ПАРТНЁРОВ

История коммунизма


Нажмите «Нравится», чтобы читать
epochtimes.ru на Facebook

Top