Мы начали свой путь оттуда, следуя по линиям, ведущим наружу, и обнаружили, что они снова сводятся к одной теме: выживанию.
В Трансильвании выживание приобрело форму мифа. Замок Бран, расположенный на вершине холма в окружении густого леса, прозвали «замком Дракулы». Ирония в том, что Влад Цепеш, безжалостный князь XV века, прообраз злодея Брэма Стокера, никогда здесь не жил. В коммунистическую эпоху румынам даже не разрешали читать книгу Стокера. И всё же замок Бран стал местом действия легенд — крепостью с потайными лестницами и тёмными покоями, более могущественной благодаря рассказам о ней, чем её реальной истории.
В Бухаресте мифы уступают место памяти. Когда-то город называли «Маленьким Парижем»: его широкие бульвары были застроены зданиями в стиле Прекрасной эпохи, а горизонт венчала копия Триумфальной арки. Но XX век принёс войны, пожары, землетрясения и коммунизм. Масштабные кампании Николае Чаушеску по сносу зданий сравняли с землёй исторические кварталы, чтобы построить новый городской центр, увенчанный колоссальным Дворцом Парламента. Он так и не произнёс с его балкона задуманную им торжественную речь. Вместо этого, десятилетия спустя, Майкл Джексон стоял там и по ошибке приветствовал толпу фразой «Привет, Будапешт» — оговорку, которую румыны вспоминают с юмором и немалой долей иронии.
Несмотря на все свои шрамы, Бухарест никогда не перестаёт восстанавливаться. Когда-то деревянные улицы бушевали пожарами, и их позже выстлали булыжными мостовыми. Землетрясения разрушили храмы, но церкви возводились вновь на том же фундаменте.
Во время Второй мировой войны Румыния сама перешла на другую сторону: сначала она была на стороне Германии, а затем, когда ситуация изменилась, присоединилась к союзникам. Умение адаптироваться всегда было здесь необходимым навыком выживания, и город открыто носит эту историю.
Сохранились места, где люди тихо оберегали красоту для будущего. В Caru’ cu Bere, самом известном пивном баре Бухареста, владелец когда-то заклеивал фрески, чтобы защитить их от коммунистической красной краски, а затем спустя годы открыл их во всей красе.
В монастыре Ставрополеос каменные плиты, спасённые из церквей, разрушенных войной или землетрясением, теперь выстроились вдоль двора. Они покрыты замысловатой резьбой с изображением виноградных лоз, крестов и надписями, которые шепчут о забытых священниках и давних прихожанах. Это фрагменты памяти, вплетённые в ткань города.
В Бухаресте сотни церквей, и нас поразило их разнообразие: сияющий золотой интерьер церкви Святого Николая, построенной при российском покровительстве в начале XX века; церковь Святого Антония, которая считается старейшим религиозным сооружением в городе, сохранившимся в своём первоначальном виде; и Ставрополеос — шкатулка с драгоценностями, украшенная фресками и свечами.
Возле многих из этих церквей мерцают небольшие часовни со свечами — один огонь за живых, другой за усопших — где верующие тихо возносят молитвы своим близким. Каждая церковь ощущалась как островок стойкости, восстановленный после пожаров, защищённый во время гонений или терпеливо восстановленный после десятилетий забвения.
Даже в нашем отеле есть история переосмысления. Отель «Марморош», бывший когда-то крупным банком в довоенный период, возродился в качестве роскошного отеля. Днём лобби-бар сияет под потолком из витражного стекла — настоящий храм очарования в стиле ар-деко. Ночью гости проникают в подземное хранилище, созданное на основе оригинального сейфа банка, где в свете люстр поблёскивают стенки латунных сейфовых ячеек. Это идеальная метафора Бухареста: история не стирается, а превращается во что-то живое и удивительное.
А ещё есть уличная жизнь, особенно в Старом городе. Брусчатка заменила некогда деревянные улицы. Толпы высыпают из кафе и двориков, чокаясь бокалами с румынским вином туика или сливовицей. Играют музыканты, воздух гудит от разговоров, а шестиэтажный книжный магазин Carturesti Carusel ломится от знаний. Город может нести шрамы от пожаров, войн и политического угнетения, но его сердце бьётся от радости.
Пожалуй, больше всего нас удивило то, насколько всё это было доступно. Широко распространён английский язык, по городу можно ходить пешком, а цены на проживание в нём удивительно доступные по сравнению с США и Западной Европой. Однажды вечером мы ужинали при свете гирлянд в ресторане Dracula’s Bites & Beats в Старом городе, наслаждаясь традиционными блюдами по цене, которая ниже, чем стоимость обеда в Нью-Йорке, Париже или Лондоне. В городе настолько же легко ориентироваться, как и в его богатой истории — идеальное сочетание для путешественников, ищущих глубины и комфорта.
Бухарест — город контрастов: французская элегантность рядом с советским бетоном, руины рядом с реставрациями, священные места рядом с бурлящей ночной жизнью. Однако вместе эти контрасты рассказывают одну историю: историю о жизнестойкости, о свете, возрождающемся после каждой тьмы, о городе, который снова и снова восстанавливается, приглашая весь мир прогуляться по его улицам.
__________
Чтобы оперативно и удобно получать все наши публикации, подпишитесь на канал Epoch Times Russia в Telegram
