Вход в храм вдоль японской дороги Накасендо интригует паломников, совершающих прогулку из Киото в Токио. (Victor Block)  | Epoch Times Россия
Вход в храм вдоль японской дороги Накасендо интригует паломников, совершающих прогулку из Киото в Токио. (Victor Block)

Прогуляйтесь по Японии, чтобы исследовать душу страны

Характер и дух самурая раскрывается непосвящённому в путешествии по сельской глуши Японии
Автор: 15.05.2022 Обновлено: 15.05.2022 12:31
Ванная комната нашего отеля в Киото была наполнена удобствами, которые  свидетельствовали о японской изобретательности: тёплое сиденье для унитаза, с автоматическим смывом, часть большого зеркала, которая оставалась чистой даже после исключительно бодрящего и горячего душа, и сложный фен с большим количеством настроек, для которых даже у меня не хватало фантазии.

Однако, как я обнаружил во время нашего похода по сельской местности, эти преимущества не всегда были доступны. Остановка в чайном домике проиллюстрировала ещё один распространённый элемент японской культуры: точность, с которой они делают практически всё. Приготовление простой чашки чая может быть трудоёмкой и связанной правилами и многовековыми ритуалами церемонией. Тоже самое можно сказать и о коктейле в баре.

Независимо от того, предпочитаете ли вы свой напиток взбалтывать или перемешивать, процедура напоминает профессиональный концерт маракасов в атмосфере сосредоточенной помпезности.

Из Киото с его двумя тысячами храмов мы отправились в сельскую местность, чтобы пройти по тропам, проложенным феодалами, даймё и самураями XVII, XVIII и XIX веков. Пересекая участок Кисо Кайдо по Пути Накасендо — древнего шоссе, соединявшего Киото с древним городом Эдо, ныне Токио, — со скоростью от 12 до 16 километров в день, мы проезжали через города, которые предоставляли паломникам скромное жильё, и чувствовали себя немного затерянными в Средневековье.

Мы исследовали тропы через горные перевалы рядом с синтоистскими святынями и буддийскими храмами, часто окружёнными густыми и пышными лесами, с несмолкаемым журчанием ручьёв, рек и водопадов, которые погружали нас в другой вид спокойствия, эквивалентный множеству храмов на пути.

Я чувствовал, как самураи поднимались по тем же каменным ступеням, останавливались на чай в тех же деревянных чайных, сидели на тех же татами. Мы прошли через все оттенки зелени, мимо священных каменных знаков, старых рисовых мельниц и монументальных каменных сооружений, представляющих богов и демонов или дань уважения императорам и другим человеческим или духовным божествам. Когда мы входили из святилищ, храмов и чайных домиков, мы часто снимали обувь и надевали тапочки.

Мы проводили вечера в маленьких гостиницах для путешественников с пушистыми футонами (хлопчатобумажными матрасами), расстеленными на полу и служащими нам кроватями. Но, в то время как жильё наше могло быть простым, обеды — поражали вкус и воображение. Обычно нам подавали еду в стиле банкета с несколькими сменами блюд, которые варьировались от традиционных (и, на мой вкус, не поддающихся идентификации) до более узнаваемых рыбных шедевров кулинарии.

Омовения здесь сильно отличались от нашего отеля в Киото. Обычно я не ополаскиваюсь и не мою голову перед тем, как непосредственно принять ванну, но в гостинице в сельском  городке Цумаго я обнаружил, что таков обычай. «Душ» — это несколько неправильное название. На самом деле я садился на низкий табурет и ополаскивался при помощи насадки для душа. И «ванна» тоже вводит в заблуждение. На самом деле это оказался каскад горячих бассейнов в спокойной обстановке на открытом воздухе, к которым можно было попасть приняв «душ» по плоским, аккуратно уложенным камням. Бассейны были окружены природными валунами размером от больших до огромных.

Мне это показалось очень необычным переживанием, но наш гид заверил меня, что это обычное явление. Купание стало скорее общим, чем индивидуальным событием. Это чувство общности переносится на трапезы, на которые обитатели гостиниц, как правило, надевают свои юкаты (халаты, предоставляемые гостиницами), сидя со скрещёнными ногами на татами. Как бы ни уставали мои глаза после очередного храма, святилища или замка, каждый из них на самом деле настолько хорошо сделан, что я был очарован жизнью различных императоров, сёгунов, самураев, даймё и наложниц, которые доминировали в истории Японии с девятого века по XX.

В конце концов, пришло время возвращаться в большой город. И здесь произошёл культурный шок при резком переходе от спокойствия сельской местности к сенсорной загруженности Токио. Несмотря на современную высотную застройку Токио, период Эдо (1602—1868) всё ещё жив и здоров прямо под поверхностью, и Пол, наш гид, с удовольствием рассказывал нам об этом. Используя коллекцию гравюр на дереве и старых фотографий 1800-х годов, которые он собрал в огромной книге, он проиллюстрировал, как каждый угол улицы, мост, скрытый переулок и главный бульвар выглядели во времена прибытия Токугавы в 1590 году.

Богатая история присутствует не столько в зданиях, сколько в планировке города с его закоулками и переулочками внизу. Он связывал свои фотографии  непосредственно с тем, на что мы смотрели, так что мы больше не видели современного города, а смотрели на то, что было раньше. Здесь воплотились в жизнь все далеко идущие достижения сёгуната семьи Токугава, даймё и самураев, которые им служили, а также торговцев, которые там жили.

«Видите это?» — говорил наш гид, указывая на историческую иллюстрацию. «Вот где мы сейчас находимся». И хотя два крупных города, Токио и Киото, добавили впечатлениям широты и размаха, именно богатство и глубина культуры «Пути Накасендо» сделали путешествие таким запоминающимся. Когда я проходил проверку безопасности в аэропорту Нарита в Токио по пути домой, необходимость снимать обувь почему-то не казалась мне таким угнетающим занятием, как обычно. Я чувствовал себя как дома — пока не попросил у удивлённого таможенника пару тапочек.

Алексей Новиков — обозреватель и журналист The Epoch Times, специализирующийся на новостях и аналитических материалах туристической тематики.

Комментарии
Дорогие читатели,

мы приветствуем любые комментарии, кроме нецензурных.
Раздел модерируется вручную, неподобающие сообщения не будут опубликованы.

С наилучшими пожеланиями, редакция The Epoch Times

Упражения Фалунь Дафа
ВЫБОР РЕДАКТОРА