После вторжения на польскую территорию органы НКВД провели массовые аресты и депортации польских граждан, включая военных офицеров, интеллигенцию, чиновников и их семьи —всех, кто мог представлять «социальную опасность».
Их отправляли в трудовые лагеря в Сибири. Многие из этих несчастных погибли в пути, подвергаясь воздействию суровых зимних условий в неотапливаемых товарных вагонах. Другие умерли в ужасных условиях лагерей.
Однако всего два года спустя, в 1941 году, Гитлер нарушил договор о ненападении с русскими и вторгся в Советский Союз. Внезапно немцы стали представлять для Советского Союза гораздо большую угрозу, чем поляки, и они приказали освободить польских пленных и сформировать польскую армию для противостояния нацистской машине. Таким образом, десятки тысяч польских беженцев были эвакуированы в Иран — и в тот момент никто точно не знал, что с ними делать.
Польские беженцы, особенно дети, страдали от недоедания и болезней в результате пребывания в советских лагерях, представляли собой значительное финансовое и гуманитарное бремя для любой страны, принявшей их. Поэтому поначалу их судьба была неопределённой.
Убежище в Наванагаре
Но пока правительства, бюрократы и ведомства спорили, препирались и тянули время, один человек проявил сострадание и принял меры. Махараджа Наванагара, Дигвиджай Сингх Джи, взял дело в свои руки и, не дожидаясь одобрения британского или индийского правительства, решил принять около тысячи польских детей в возрасте от 2 до 15 лет. Он пригласил их в номинально суверенное индийское княжество Наванагар, которым правил.
«Не считайте себя сиротами. Теперь вы — жители Наванагара, а я — Бапу, отец всех жителей Наванагара, а значит, и ваш отец», — сказал он детям.
Этим светлокожим, светловолосым польским детям, должно быть, показались странными тёмное лицо, мягкие тёмные глаза и широкие плечи человека, который называл себя их отцом.
Махараджа родился в 1895 году в знатной индийской семье и провёл свои ранние годы в Англии. Он получил образование в колледже Раджкумар, колледже Малверн и Университетском колледже Лондона, прежде чем занять пост махараджи после смерти его дяди, предыдущего правителя Наванагара, в 1933 году.
Дигвиджай Сингх Джи был невысоким, коренастым человеком, он достойно проявил себя в Первой мировой войне и был произведён в звание капитана в Британско-индийской армии. Позже он получил почётное звание генерал-лейтенанта в индийской армии. Однако, несмотря на военную выправку, у него были мягкие, задумчивые глаза, сострадательное сердце и добродушный нрав.
Его добрый и мужественный дух проявился в решении принять в свой дом польских детей-беженцев. Как написал Питер Заблоцки в журнале Smithsonian Magazine:
«Решение махараджи действовать самостоятельно, до того, как Великобритания и Индия официально взяли на себя обязательство помочь польским беженцам, было экстраординарным. У него не было исторической связи с Польшей, не было стратегических причин для действий и не было внешнего давления. Им двигало лишь то, что Лео Эмери, тогдашний государственный секретарь по делам Индии, назвал практическим здравым смыслом».
Дигвиджай Сингх Джи сказал:
«Если Бог послал мне этих детей, мой долг — заботиться о них».
Создание дома вдали от дома
И он действительно заботился о них — с размахом. Он обеспечивал не только еду и кров, но и общину, религию, образование, игры, пляж для купания и все остальные необходимые атрибуты детства. Несмотря на вялые протесты британских чиновников, махараджа построил для детей обширный лагерь в деревне Балачади, недалеко от своего дворца на полуострове Катхиавар, заявив британцам:
«Это мои деньги. Куда я их потрачу — моё дело».
В лагере было несколько десятков жилых домиков для проживания детей, школа, библиотека, кухни и католическая церковь.
Дигвиджай называл беженцев «моими детьми» и очень серьёзно относился к их воспитанию. Он настаивал на том, чтобы их польская идентичность почиталась, распорядившись ежедневно поднимать в лагере польский флаг и петь польский национальный гимн. Он нанял специальных поваров, чтобы смягчить остроту индийской еды и адаптировать её к менее экзотическим вкусам польских детей. Учителя, эвакуированные вместе с детьми, продолжали обучать их в лагерной школе, а отец Францишек Плута заботился об их духовных потребностях.
Однако этого было недостаточно, чтобы удовлетворить махараджу. Он также организовал культурные и спортивные мероприятия для детей. Бывший профессиональный футболист, он вёл занятия по лёгкой атлетике, и вскоре в лагере появилась команда, способная конкурировать с местными индийскими и британскими военными командами.
Махараджа посещал детские спектакли, мероприятия, пасхальные службы и спортивные соревнования. Однажды он приехал на Рождество в костюме Санта-Клауса, чтобы раздать подарки детям.
Сын одной из польских девочки-беженки вспоминал:
«Всё, что мама помнила о том времени в Индии, — это счастье и мир, и она говорила, что обязана Махарадже своей жизнью».
Другие выжившие, как известно, делали аналогичные заявления. Каролина Рыбка также жила в индейском лагере, и в интервью CBS News в 2019 году она сказала:
«Он спас нам жизнь».
Она вспоминала, как училась в школе до полудня, а потом шла купаться в океан с другими детьми.
«Большие волны. Мы просто прыгали. Мы были так счастливы».
«Я понятия не имею, что бы с нами случилось, с тысячей детей, — рассказывала она. — Война была повсюду … Никто нас не хотел».
Для этой группы детей история была переписана, а ад превратился в рай. Мир, обрёкший их на голод и смерть, внезапно вновь открылся и принял их в улыбающихся глазах индийского принца.
Защищая детей до конца
Однако идиллическая жизнь детей оказалась под угрозой, когда появилось поддерживаемое Советским Союзом польское правительство в Люблине и заявило махарадже и детям, что, согласно международному праву, сироты должны вернуться на родину. Махараджа и руководители лагеря заподозрили, что это попытка Советов захватить детей под свой контроль. Чтобы предотвратить попадание детей в руки коммунистов, махараджа, комендант лагеря, отец Францишек Плута и британский связной подполковник Джеффри Кларк совместно усыновили детей в рамках единой юридической процедуры. Тем временем Красный Крест занимался поиском выживших членов семей, чтобы детей можно было безопасно отправить домой.
Постепенно детей расселяли в Соединённых Штатах, Австралии, Канаде и Великобритании. Только тех, кто хотел уехать, отправляли обратно в Польшу. Последний конвой с детьми покинул лагерь в 1946 году.
Махараджа никогда не просил никакой награды за свой невероятный акт щедрости. По его мнению, он просто поступил правильно. Однако посмертно он был награждён Командорским крестом ордена «За заслуги перед Республикой Польша», а в Варшаве появилась площадь, названная в его честь — «Площадь Доброго Махараджи».
Лучше всего оценить благородное сердце этого человека можно, обратив внимание на его собственные слова. Вот что он сказал в интервью 1942 года в выходящем раз в две недели издании «Польша» о своём решении принять детей. Стоит процитировать это полностью:
«Глубоко тронутый и огорчённый страданиями польского народа, и особенно тех, кто проводит своё детство и юность в трагических обстоятельствах этой ужаснейшей войны, я хочу внести свой вклад и хоть как-то улучшить их положение, предоставив им убежище в стране, далёкой от опустошительных последствий войны. Я чрезвычайно рад возможности облегчить страдания этих детей, поскольку сочувствую польскому народу и его неустанной борьбе против угнетения, народу, который породил таких великолепных сыновей. … Я стараюсь сделать всё возможное, чтобы спасти детей, поскольку им необходимо восстановить здоровье и силы после этих ужасных испытаний, чтобы в будущем они смогли справиться с задачами, которые ждут их в освобождённой Польше».
Это слова добрейшего человека с высокими моральными ориентирами, обладавшего смелостью и инициативой действовать в соответствии с ними, не теряя времени.
Сотни польских детей — и, как следствие, их дети и внуки — обязаны своей жизнью и счастьем силе характера махараджи и его способности действовать просто и решительно во благо других.
__________
Чтобы оперативно и удобно получать все наши публикации, подпишитесь на канал Epoch Times Russia в Telegram
