Радиации не место в Петербурге


Зеленый Крест, Общероссийское движение «зеленых», и ряд других экологических организаций обратились в Законодательное Собрание Санкт-Петербурга с требованием «законодательно запретить перевозку через территорию нашего города компонентов ядерного топливно — энергетического цикла».

В обращении указывается на потенциальную опасность перевозки через густонаселенные жилые кварталы отправляемого на экспорт обогащенного гексафторида урана. «В Морском порту Санкт-Петербурга, не имеющего специального причала для подобных операций, практически в центре города, происходит погрузка на суда обогащенного гексафторида урана, летучего кристаллического вещества, становящегося газом уже при 53 градусах тепла» — сообщают «зеленые».

«Благодаря коллегам из «Беллоны», все мы знаем о проблемах с перевозкой «хвостов» гексафторида урана, провозимых в нашу страну из — за рубежа через наш город, — говорит председатель Санкт-Петербургского отделения Международного Зеленого Креста Юрий Шевчук. — Но обогащённый гексафторид урана, идущий тем же маршрутом, только за рубеж, во сто крат опаснее отработанного, да и перевозят его чаще.»

«Чтобы обеспечивать безопасность работ с обогащённым гексафторидом урана и другими компонентами ядерного топлива на современном уровне, необходимы специализированные портовые сооружения, а не как сейчас — производится погрузка бананов, завтра здесь же — радиационные материалы, — комментирует положение Михаил Рылов, директор Межотраслевого экспертно — сертификационного и контрольного центра ядерной и радиационной безопасности Санкт-Петербурга. — Понятно, что в Петербурге их не построить — просто места нет. Значит, надо выносить эти грузы за пределы города. Да, когда-то одну из первых атомных бомб в Ленинград доставили на пассажирской «Красной Стреле», было дело — но времена изменились.»

«По Петербургу проходит великое множество автомашин и железнодорожных цистерн, везущих самые разнообразные яды, — говорит эксперт Общественного экологического Совета при Губернаторе Ленинградской области, Илья Александров. — Многие из этих перевозок необходимы для обеспечения самого города. Но большей частью опасные грузы являются транзитными. Используя мощности строящихся портов в Ленинградской области, можно было бы резко повысить безопасность Санкт-Петербурга и его жителей.»

СПРАВКА: Зачем нужен гексафторид урана

Добытую в шахте урановую руду дробят и выщелачивают в автоклавах при высокой температуре и давлении. Уран переходит в раствор, пустая порода остаётся в осадке. Затем уран осаждают из раствора химическими реагентами и получают практически чистые порошкообразные соединения урана. Полученный порошок ярко — желтого цвета, чтобы избавить от примесей, растворяют в растворах серной или азотной кислот. Этот процесс называется аффинажем. В результате аффинажа уран переходит в форму оксидов, которые затем фторируют с целью получения гексафторида урана. Именно с его помощью осуществляют обогащение урана — отделение урана-235 от урана-238. Изотопа урана-235 очень мало, всего 0,71% в природной смеси. Но именно он используется на атомных электростанциях. Это значит, что надо повысить содержание этого изотопа в топливе, чтобы оно могло «работать» в АЭС. Здесь нам помогает гексафторид урана , легко переходящий в газообразное состояние. В быстро вращающейся центрифуге гексафторид более тяжёлого изотопа урана-238 «отжимается»к стенке, а изотоп урана-235 концентрируется в центре. Подобные операции в России проводятся на «Уральском электрохимическом комбинате» в Новоуральске Свердловской области, «Сибирском химическом комбинате» (ЗАТО Северск, Томской области), а также в Ангарске на «Анагрском электролизном химическом комбинате» и на «Электрохимическом заводе» города Зеленогорска, что в Красноярском крае. Количество центрифуг на таких заводах составляет многие десятки тысяч. Обогащённый гексафторид урана, содержащий 2,6 — 4,8% урана-235, затем переводят в форму чистого диоксида урана, из которого методами порошковой металлургии прессуются топливные таблетки диаметром порядка 1 см. и высотой 1-1,5 см..

Таблетки помещают в тонкостенную трубку, выполненную из циркониевого сплава, содержащего 1% ниобия — чрезвычайно стойкого к воздействию высоких температур и агрессивных сред материала. Длина такой трубки, называющейся ТВЭЛом — тепловыделяющим элементом — достигает 4 м. ТВЭЛы объединяются в тепловыделяющую сборку, которая потом загружается в реактор АЭС, где топливо «работает» около трёх лет, а затем нуждается в охлаждении и переработке.


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • Каскад Верхневолжских ГЭС готовится к половодью
  • На Угличской ГЭС «обезвредили» террористов
  • Половина россиян осудили правительство за помощь другим странам
  • Незаконность обыска в « Мемориале» остается под вопросом
  • Прокуратура опротестовала закон о "монетизации" после бунта екатеринбургских пенсионеров


  • Top