Русский эмигрант: «Я не хочу, чтобы это публиковали»


История русского эмигранта. Фото: JOE KLAMAR/AFP/Getty ImagesИстория русского эмигранта. Фото: JOE KLAMAR/AFP/Getty ImagesНашего собеседника зовут Иван, он русский эмигрант, родился в Китае. В 30-летнем возрасте вернулся на Родину. Был свидетелем одной истории, за рассказ о которой чуть не поплатился жизнью. В беседе с корреспондентом Великой Эпохи Иван согласился рассказать об этой истории и о себе при условии, что его фамилия не будет названа.

— Расскажите, пожалуйста, как Ваши родители оказались в Китае.

— В 20-х годах граница была открыта, родители держали скот, там пастбища были лучше, поэтому и ушли в Китай. Отец косил сено и продавал. Во время эпидемии чумы в нашей семье умерло сразу пять человек: отец и четверо детей. Трое детей помладше и мама выжили. Мне тогда было только три года.

Мама – безграмотная женщина, окончила всего 2 класса, но была умнейшим человеком, к ней за советом приходили и китайцы, и русские, и монголы. Всем своим детям дала образование.

— Вы были свидетелем прихода советских войск в Китай, расскажите о самом памятном эпизоде.

— Это был второй день войны, основные части советской Армии окружили Хайлар. Сначала прошли танки, за ними поехали обозники. Мы сидели всей семьей за столом, ужинали. Вдруг через огороды к нам в дом вбегает 15 человек. Никто не здоровается, один только, опустив голову, сказал, «здравствуйте». Мы говорим: «Садитесь, поужинайте с нами». Они вместо этого что делают? Одни бросаются к шифоньеру, другие к сундуку, третьи к гардеробу, все вскрывают, хватают вещи и сбрасывают на середину комнаты в одну кучу.

Я за день до этого закончил 10 классов. У нас был «Белый бал», так назывался выпускной вечер и к этому празднику мне купили красивый костюм. Он был хорошо сшит и сидел на мне отлично. Я его всего один раз одевал. Смотрю, и он полетел в кучу.

Казалось бы, что они должны были сделать – схватили бы и унесли вещи, а они при нас начинают делить все это на 15 куч. Тьфу, так противно на это было смотреть.

— Вы не пытались что-то предпринять?

— А что мы могли сделать? 15 человек и все при автоматах и гранатах. Жена старшего брата сбегала в комендатуру. Там поговорили с ней и все, комендатура даже не обратила внимание. Это был 1945 год.

— Чем Вы занимались в то время?

Тогда требовались связисты, поэтому я работал связистом 20-го полка советской армии на станции Хаке.

— Вы рассказывали кому-нибудь об этом случае?

— Имел случайность рассказать, чуть жизнью за это не поплатился.

— Сейчас времена изменились, ведь даже Президент страны в недавнем интервью сказал о том, что преступлениям, который совершил Сталин, нет прощения – и это оценка Сталина как лично Дмитрия Медведева, так и государственная.

— Тогда, в 70-ом году, я об этом рассказал сослуживцу по работе. А он побежал докладывать в КГБ. Я тогда работал инспектором в системе образования. Они все подготовили, подогнали газик, мы вчетвером шли с совещания. Через рельсы проходим, трое прошли, а я когда пошел, вдруг из-за угла вылетел газик и сшиб меня, я отлетел к рельсам. Не хватило 3 см, чтобы ударится виском об рельсы. Это было 19 декабря 1976 года — день Святого Николая Угодника. Он меня спас. Было еще две попытки меня убрать, но я остался жив.

— Расскажите, как Вы решили выехать на Родину, что было по приезде?

Эмигранты стали возвращаться во времена Хрущева. Когда в 1954 г. объявили, что русское население может вернуться на Родину, более 30 000 человек приехали в Красноярский край, в Курганскую, Новосибирскую, Омскую области, Алтайский край и Казахстан. Власти ставили условие, что мы можем выехать только в районы освоения целинных и залежных земель.

При Сталине эмигранты боялись возвращаться на Родину, потому что опасались репрессий.

— Знаете ли вы кого-нибудь, кто выехал в СССР в сталинские времена?

— Да, мне на встрече русских эмигрантов в Харбине в мае прошлого года рассказала жительница Челябинска, что ее родители вернулись в 46 году. Их сразу же арестовали.

— На этой встрече в Харбине Вы могли открыто обсуждать эти темы?

— Нет, на этой встрече ни одному слово не дали сказать, все была схвачено. В зале было много людей из агентур и российских и китайских.

— Я вижу, что Вы живете практически один, только комнату сдаете. А где Ваша семья, жена?

— Жена умерла от радиоактивного заражения. Она в 86 году поехала к родственникам в Белоруссию. Тогда после аварии на Чернобыльской АЭС, выпали обильные радиоактивные дожди в Белоруссии. Пытались ее лечить, делали химиотерапию, но ничего не помогло, через две недели она умерла. С тех времен живу один. Скоро должен сын за мной заехать, поеду поживу на даче.

После интервью Иван позвонил мне с просьбой не публиковать материал, объясняя это тем, что он патриот, и что в советские времена он был заслуженным работником, его профессиональные, творческие и ораторские способности высоко ценились. Но после того, как я объяснила, что мы тоже болеем за свою страну, что рассказываем о преступлениях, которые совершались в истории для того, чтобы не повторять их, чтобы излечится от них. Иван согласился с этими доводами, прекрасно понимая, что такое коммунистический режим.


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • В Пекине на дороге образовался провал
  • Что можно противопоставить безумию
  • Даже не арест, а смерть и кремация
  • Число жертв наводнений в Китае стремительно растёт
  • Новая болезнь, похожая на СПИД, появилась в Китае


  • Top