Троицкое подворье


В центре Москвы до наших дней чудом уцелел старейший православный храм города — церковь Святого Мученика Трифона в Напрудной слободе (Трифоновская ул.), — с постройкой которого связана следующая легенда.

Дом Троицкого подворья (1766). Фото 1979года. Фото: *Московский Журнал* Дом Троицкого подворья (1766). Фото 1979года. Фото: *Московский Журнал* Во время одной из охот Ивана III в Сокольниках молодой боярин Трифон Патрикеев упустил любимого княжеского сокола. На поиски дали три дня: не найдет — голова с плеч.

В последнюю ночь забывшемуся в тревожной полудреме и потерявшему надежду Трифону было видение — его небесный покровитель, восседающий на белом коне с соколом на правой руке. Он возвестил боярину, на каком дереве ночует упущенная птица.

В благодарность за избавление от верной смерти на месте, где на рассвете был найден сокол, боярин поставил часовню, а спустя некоторое время — каменный храм во имя мученика Трифона, который после реставрации предстал перед нашими современниками в своей строгой многовековой красе. К этой местности приложил свою длань и царь Иван Грозный, отписав земли у Земляного города от реки Неглинной до Троицкой дороги Переславской ямской слободе, вновь образованной у Троицкой дороги на правой стороне Поклонной горы, с которой открывался восхитительный вид на златоглавый Кремль через пойму Неглинки.

Каждый, кто покидал или приходил в город, считал своим долгом отвесить земной поклон красавице первопрестольной. От вековой народной традиции остались только названия подобных мест. Однако, несмотря на длительную тяжбу, указанные земли остались за тяглецами села Напрудного. Слободы, приписанные к царскому двору, судились и управлялись своими выборными лицами, с царским наместником во главе.

В 1605 году Василий Иванович Шуйский передал Самотецкий пруд (до этого упоминается как Неглинный, позднее — Самотечный) и земли вокруг него Троице-Сергиеву монастырю. Образуются двор монастырский (подворье) и Новотроицкое село-слобода, славившееся   впоследствии своими иконных, сусальных и серебряных дел мастерами, торговавшими в иконном ряду у Красной площади.

В 1638 году Троице-Сергиев монастырь, получивший позднее статус лавры, приобрел рядом с этим подворьем земли, принадлежавшие князю Телятевскому, обменяв их на собственные огородные земли у Новинского монастыря.

В 1650 году слобода была взята по государеву указу — «взята на государя» — под городское строительство и уже через три года потеряла свою самостоятельность; ее заселяют частью тяглецами Сретенской сотни, частью солдатами, почему некоторое время она называлась Солдатской. Позднее слобода «очищается» от жильцов, а ее территория отдается для заселения полякам, белорусам, украинцам, литовцам и другим выходцам из городов, освободившихся из-под власти Речи Посполитой после воссоединения Украины с Россией в 1654 году. Эти переселенцы положили начато многолюдной Мещанской слободе.

По-русски жители польских городов, горожане, назывались мещанами. В результате топонимика московских названий пополнилась четырьмя Мещанскими улицами, три из которых позднее получат новые названия: проспект Мира, улицы Гиляровского и Щепкина. За лаврой было оставлено семь с четвертью десятин земли. Кроме того, взамен утраченных при «взятии на государя» большей части Троицкой слободы пруда и земель вокруг него Троице-Сергиев монастырь получил возможность расширить Троицкое архиерейское подворье до границы старого почтамта, находившеюся на Старой Божедомке. Так образовались Лаврские переулки.

Основной достопримечательностью этих мест была в то время, безусловно, река Неглинка, имевшая большое значение для жизни города. Она брала свое начало в болоте между Марьиной рощей и Бутырками и протекала по современным Стрелецкой и Новосущевской улицам, 3-му Самотечному переулку, Самотечным скверу и площади, Цветному бульвару, Трубной площади, Неглинной улице, под ЦУМом и Малым театром, Театральной площадью, по Александровскому саду и заканчивала свой почти восьмикилометровый бег, впадая в Москву-реку близ Боровицкого холма.

Некоторые исследователи считают, что именно от такого своеобразного рукотворного течения реки Неглинки за ней в верховьях и среднем течении закрепилось второе название — Самотека, распространившееся затем на пруды и окружающую местность. Сторонники другой версии выводят название местности от стекавших также само теком в нижний Неглинный {Самотечный) пруд от Сухаревой башни — с одной и от Каретного ряда с другой стороны разных ключевых вод. Третьи — от названия Самотечного проточного пруда.

Ни первый, ни второй варианты не объясняют происхождения названий четырех Самотечных переулков в верхнем течении реки. Поэтому первый вариант представляется более убедительным, поскольку он объясняет происхождение названия как прудов, так и самой реки в ее верхнем и среднем течении, а также обширной местности за пределами прудов — от Садового кольца до Селезневки. Хотя нельзя исключать и закрепления одноименного названия и за рекой, и за прудами.

В уютном тенистом Самотечном сквере, некогда благоухавшем своими цветами на ухоженных клумбах, а сегодня медленно угасающем, сохранились до наших дней могучие вековые дубы, вязы, тополя, чугунная ограда, правда, с многочисленными изъянами, гранитные тумбы-торшеры, в которых уже не горят лампы, не украшают больше угловые тумбы парка исчезнувшие в результате последней реставрации резные чугунные вазы. Практически разрушена детская площадка, ломаются лавочки, бордюрный камень на неухоженных дорожках уходит в землю.

Оскудела клумба перед установленным в 1953 году бюстом летчика-москвича, капитана второго ранга, дважды Героя Советского Союза В.И.Попова, закончившего военную службу после войны в звании вице-адмирала. Парку требуются для выживания финансовые средства.В Екатерининском сквере, отошедшем Уголку Дурова, уже никто не ухаживает за клумбой перед памятником выдающемуся полководцу, маршалу Советского Союза Ф. И. Толбухину, установленным в 1960 году (скульптор памятника и бюста Л. Е. Кербель), исчезли скамейки, разбиты копытами лошадей дорожки. После завершения тут постройки обширной конюшни участь данной территории, наверное, будет решена.

На узкой — с пол-ладони — ограде, украшенной через каждый метр небольшими шишечками, чередующимися с более массивными, на заре своей юности мы умудрялись с Юркой Мамичевым и еще одним товарищем играть в салочки (чего по молодости не сделаешь!). Глядя на наши рискованные, со временем ставшими довольно профессиональными упражнения, кто-то, по всей видимости, из артистов пригласил нас в Цирк на Цветном. Ребята пошли, получили контрамарки на очередное представление, но на этом их карьера циркачей и закончилась.

Во время польско-литовского нашествия (1610-1612) и позднее по рекам Неглинке и Напрудной располагались загородные дома князей Федора Телятевского, Афанасия Козловского, окольничего Федора Бутурлина и других. Во второй половине того же века здесь имели свои поместья князья Андрей Литвин-Мосальский, Федор Куракин и Иван Юрьевич Трубецкой. Давайте пройдемся по Самотеке, вспоминая рассказы старожилов и перелистывая путеводители разных времен и другие сочинения,   где   упоминается   об этом районе.

Начнем с наиболее древнего поселения в этом районе. В глубине веков на углу современной Трубной улицы (Самотечный пер-, Грачевка, Драчевка) существовало городище на Самотеке (12-17 века) — место поселения славян вятичей, пришедших в конце прошлого тысячелетия на эти земли. Именно им мы обязаны , характерной особенностью своего говора — «аканьем* и заменой буквы «ч» на «ш» в знаменитой московской «булош-ноЙ».

Позднее здесь, по всей видимости, находилось одно из летописных «сел красных» боярина Кучки. Название «Грачевка* происходит от слова «грачи», которым в старину обозначали артиллерийские снаряды, бросаемые из мортир. Несколько таких «грачей* было найдено в 1887 году во время работ по исправлению Неглинного канала. По другому преданию, здесь была в 16 веке слобода мастеров, дравших пшено.

В книге «По Москве» (под редакцией Н. А. Гейнеке и других) приводится иная гипотеза: тут жили мастера, изготовлявшие оружие для защиты от неприятельской конницы — драч (или чеснок), бросавшийся под ноги лошадям. «Драка, драчи» — по-славянски «колючий кустарник».

Во второй половине 19 века эта местность приобрела дурную славу убийствами, трущобами и публичными домами. На Драчевке   вел свои наблюдения А. И. Куприн, работая над «Ямой», она запечатлена в газетной криминальной хронике тех лет и рассказах В.А.Гиляровского «На Трубе», «Ночь на Цветном бульваре», «Тайны Неглинки» и других. Во дворе длинного многоэтажного дома с гомеопатической аптекой, выходящего торцом на Трубную улицу, до 1937 года находилась церковь Николая Чудотворца в Драчах, известная с 1547-го. Сейчас на этом месте подобие сквера.

Долгое время здесь, на высоком берегу реки, располагался Николо-Драчевский монастырь, сгоревший в 1597-м. Каменный -кубический храм был построен в 1682-1688 годах. Спустимся вниз по Делегатской улице и пройдем к памятнику А.В.Суворову. Здесь,, в самом начале Новой Божедомки под № 2, стояла церковь Успения праведной Анны, что находилась на дворе Мариинской больницы.

Церковь была переделана в 1858 году из часовни, куда выносили покойников, и стала вторым храмом больницы, предназначенным для отпевания. Переделка осуществлялась на средства почетного гражданина города Н. В. Лепешкина. В 1894-м храм обновлен, поставлен новый резной дубовый иконостас.

Колокол храма преподобного Сергия в Пушкарях. Фото: *Московский Журнал*Колокол храма преподобного Сергия в Пушкарях. Фото: *Московский Журнал*На месте церкви в 1934-1940 годах по проекту К. С. Алабяна и В. Н. Симбирцева построено здание Центрального театра Советской Армии.

В плане здание представляет из себя пятиконечную звезду, что хорошо видно с воздуха. Злая московская легенда, изложенная в работе С. П. Па-ламарчука, рассказывает, что во время войны это здание сослужило дурную службу: концы звезды указывали якобы на пять главных московских вокзалов, и во время войны.

Когда вокзалы были замаскированы, немецкие  бомбардировщики в качестве ориентира-наводки использовали якобы  «лучи» алабяновского здания. Безусловно, такое здание может служить ориентиром с воздуха, но любой москвич, знакомый с топографией города и взявши в руки карту, может убедиться в ложности приводимых в шутке утверждений. А ведь такая шутка в то время могла стоить жизни.

Вернемся назад, по направлению к Уголку Дурова. Па месте пересечения Самарского и Старой Божедомки находился мужской Воздвиженский Божедомский монастырь (сейчас на его месте гостиница Российской Армии ). Главным храмом в монастыре была церковь Воздвижения Креста на Божедомке (на месте сгоревшего 13 июня 1635 года деревянного храма был выстроен каменный) с приделом Иоанна Воина, по которому за церковью укоренилось второе, более известное, название.

При ней находился «Убогий дом», переведенный сюда после сооружения стен Белого города (1583-1593) от церкви Николы Божедомского на Рождественке, и тут были основаны церковь, а при ней монастырь. «Убогий дом», переименованный в народе в «Божий дом», — по существу кладбище и морг. Его служители, а таких домов в Москве было несколько, выставляли в  часовнях на«крестцах»(перекрестках) подобранные на улицах города трупы неопознанных утопленников, убитых, покончивших с собой или умерших естественной смертью.

Паспортов или других удостоверений личности тогда не существовало и это был единственный способ для опознания умерших, отыскания виновников смерти или родственников покойного. Если их родственники или знакомые не объявлялись, то трупы приносили в «Божий дом», где держали в амбаре в глубокой яме и погребали два раза в году — под Троицу и под Покров (отчего зловоние распространялось далеко вокруг). К Пасхе к Божиим домам со всех концов Москвы стекался народ, принося пожертвования на погребение «бездомных покойников».

Перед троицыным днем на «семик» (седьмое воскресение после Пасхи) сюда совершался крестный ход из Высоко-Петровского монастыря. Над умершими отправляли поминовение, после чего тела предавали земле. После страшного мора, постигшего Москву в 1771 году, столь длительное хранение тел было запрещено. Обычай же поминовения со временем превратился в народное «гуляние» в этот день. В 1732-м монастырь упразднили — бывало, оказывается, такое и раньше, церковь обратили в приходскую, а «Божий дом» перевели ближе к Марьиной роще, на Лазаревское кладбище, образованное на месте небольшого немецкого, известного с 17 века.

Туда же переносится народное гулянье, позднее переместившееся в Марьину рощу. Эти гулянья,  получившие широкую известность, в 1815 году «экранизированы» в постановке «Семик, или Гуляние в Марьиной роще» на сцене Большого театра. 19 мая 1827 года на гулянье в Марьиной роще побывал А. С. Пушкин. Этот последний «Убогий дом» в Москве был закрыт в 1763-м.

Лазаревский погост является первым московским общегородским кладбищем; до этого горожан хоронили на приходских кладбищах по месту проживания.

Таким своим статусом кладбище обязано прихоти жизнелюбивой императрицы Елизаветы Петровны, стремившейся оградить себя от всякого рода неприятных впечатлений, в том числе и от необходимости созерцать грустные пейзажи приходских погостов по пути следования из ремля до ее резиденции в Лефортово.

Поэтому она в один из очередных приездов в Москву, издав 2 июня 1748 года  указ, повелела на всем протяжении указанного  маршрута: «...как в Немецкой слободе, так и  близь оной при церквах, кои на проезжих улицах имеются, от сего времени мертвых не погребать и старые могилы все заровнять и склепы незасыпанные землею засыпать, а впредь тех приходов обывателям мертвых своих погребать в поле, и для того отвести удобные места за Мещанской слободою, где имеются убогие домы в стороне от проезжих больших дорог и в отдалении от жилья по рассмотрению, а для Русских, где отведется, построит!, церковь небольшую на Наш кошт, чтоб не в поле, но при церкви по христианской должности, оные погребения были».

Остальные городские приходские погосты были закрыты для погребения спустя 48 лет, после страшной эпидемии чумы, поразившей Москву в 1771 году.Так по прихоти дочери Петра Великого, которая, по меткому выражению Василия Осиповича Ключевского, шла от вечерни на бал, а с бала поспевала к заутрени, появилось первое городское кладбище, а на нем церковь, сперва деревянная, в честь одного из первых христианских епископов — Лазаря Четверодневного, построенная по проекту крупнейшего русского зодчего Дмитрия Васильевича Ухтомского.

В 1784-1787 годах его учеником — Еливзоем Семеновичем Назаровым — на месте деревянного возводится каменный храм, поражающий воображение своей легкостью и выверенностью пропорций. Храм, переживший свой погост и чудом уцелевший сам, но доживший до наших дней, посвящен празднику Сошествия Святого Духа. В среде старых москвичей он сохранил свое первоначальное название, чему в немалой степени способствовал придел Воскрешения Лазаря.

Однако вернемся к судьбе церкви Иоанна Воина. В 1908 году она перестраивается на деньги Д.В.Веденеева, пожертвовавшего сорок тысяч из доставшегося ему 200-тысячного выигрыша. Церковь была увеличена на запад, построена высокая четырехколонная трапезная, где старые приделы стали алтарями новых. Архитектором Н. С. Курдюковым возведена шатровая колокольня. Церковь уничтожена в 1930 годы при строительстве на ее месте по проекту Г. Г. Козлова здания гостиницы ЦДСА (1937-1941).

Настало время вернуться к истории самого Троицкого подворья. Не позднее 1609 года на его территории, на макушке холма, доминировавшего над окрестностями, возводится деревянная церковь Живоначальной Троицы. Приведем ее полный адрес того времени: что за Сретенскими воротами за Земляным городом в новом Троицком селе у Неглинных прудов. Менялось название поселения менялся и адрес: Троицкое село, Троицкая Неглинская слобода, и, наконец, просто Троицкое подворье.

Она имела придел в честь преподобных Сергия и Пикона Радонежских. Во время одного из больших пожаров, которые постоянно терзали деревянную Москву, осенью 1688 года церковь сгорела. После пожара была поставлена другая деревянная, временная. На ее месте в 1696 — 1708 годах возводится новая — уже каменная, высотой с крестом 13 сажень и два аршина (29,5 метра ). Соблюдая традиции того времени, к ней перешло название ее предшественницы. По воспоминаниям моих родственников,   церковь в начале нашего века выделялась из своего окружения богатством иконостаса с резными «виноградными» колоннами и старыми иконами.

Источники сообщают о существовании на территории подворья двух небольших прудов иод названием Троицких и превосходного регулярного сада,

жалкие остатки которого продолжают все же радовать и сегодня взор обитателей этой местности, получившей прозвание «гэпэушка» — по профессиональной принадлежности жильцов невзрачной) дома постреволюционной постройки, что стоит в глубине квартала.

Для пацанов же 50-х годов спортивная площадка (с зимним катком), построенная здесь и бывшая единственной в округе, была лучшей на свете. В 1723 году стоявшее посреди двора строение сгорело, а вместо него выстроено ново*}, которое за ветхостью было разобрано через 33 года.

На его месте в 1759 и 1760 годах возводится каменный двухэтажный дом и             церковь во имя преподобного Сергия  Радонежского. В 1875 году дом частично перестроен в русском стиле. До нашествия наполеоновских войск церковь блистала своим внутренним убранством. Все церковное имущество при наступлении неприятеля было спрятано в церкви в вырытой яме, которую недостаточно хорошо замаскировали.

Яму обнаружили: захватчикам досталось одного только серебра около 8 пудов. Сохранить удалось только некоторые главные реликвии храма. Во время пребывания неприятеля в Москве священник Г. С. Легонин регулярно отправлял службу в приделе преподобного Сергия, а в трапезе жили москвичи из разоренных домов, нашедшие здесь убежище.

Территория Троицкого архиерейского подворья с 1815 года, после утраты кремлевского дома московских  архиереев, определяется в качестве их резиденции и как место пребывания митрополита Московского, имевшего титул Священно-Архимандрита Троице-Сергиевой лавры. С 1917 года оно становится местом пребывания вновь избранного Патриарха Московского и всея Руси.

Облюбовав подворье для постоянного проживания, московские архиереи сделали его центром многих событий нашей грозной истории. В ноябре 1917 года здесь будущий Патриарх Московский и всея Руси Тихон вместе с двумя другими кандидатами на этот пост ожидал известия о своем избрании, происходившем 5 ноября 1917 года в храме Христа Спасителя. К ним с известием о результатах выбора была направлена представительная делегация. Патриархом всея Руси после 217 -летнего перерыва по жребию стал кандидат, получивший в ходе первого тура наименьшее число голосов.

После революции здесь, в келье эконома, чекисты найдут церковную утварь, похищенную из монастырей Кремля при выселении монахов.В середине января 1918 года в патриарших покоях Троицкого подворья проходило совещание епископов, прибывших на вторую сессию Поместного собора (проходил в д. № 6 по Лиховому пер.), которое было посвящено выработке стратегии предотвращения реализации декрета об отделении церкви от государства, в частности его 11 пункта об изъятии церковного имущества в пользу государства.

В конце февраля 1922 года в этих стенах проходило обсуждение патриаршего воззвания, ставшего ответом церковной власти на постановление ВЦИК «О порядке изъятия церковных ценностей, находящихся в пользовании групп верующих», навлекшего опалу на Патриарха Тихона. А 5 апреля того же года из Патриаршего подворья будет изъято 3 пуда 17 фунтов 38 золотников золотых и серебряных изделий.

Позднее, 9 мая, подворье определят как место содержания Патриарха под домашним арестом до перевода его в ночь на 19 мая в Донской монастырь. В тот же день подворье было занято  обновленческим Высшим церковным управлением. Последовали обычные для подобных ситуаций междоусобные склоки, и в начале 30-х годов подворье было ликвидировано, церковь закрыта.

Последним священником церкви был отец Александр Стефановский, прослуживший в ней 15 лет и отправленный в заключение. К середине 50-х храм был практически разрушен. В 60-х годах помещение церкви отдали монтажному управлению. Потом в храме расположился Московский государственный симфонический оркестр Министерства культуры РСФСР, которым долгие годы руководила Вероника Дударова.

Здание церкви было приспособлено под новые нужды: осуществлена перепланировка помещений, оборудован мини-зал, появились два этажа под основным сводом, где разместились рабочие кабинеты. При этих перестройках остается только удивляться, как потолок трапезной сохранил барочную отделку. В ограде церкви, на месте уничтоженного погоста, установили два железных гаража, а местные мальчишки облюбовали свободное пространство для футбольных баталий.

Готовясь к Олимпиаде, храм внешне отреставрировали, но настоящее его восстановление началось только в наши дни, когда он вернулся в 1993 году в лоно Церкви. Тогда в приделе Владимирской иконы Богоматери была организована служба. После завершения, в 1995-м, основных внутренних реставрационных работ служба была перенесена из придела в храм.

В результате сокрушительного набега строителей на этот район перед Московской олимпиадой в Лаврах не уцелел ни один дом. Ломалось без нужды все подряд, меняя, по меткому образному сравнению Юрия Ефремова, «пороки барокко» на кремнево-розовый прах кирпича». За редким исключением растаяли как дым дома по Троицким. Среди них: красивая таинственная вилла-замок готического стиля и двухэтажный особняк с ажурным металлическим балконом, большой красного кирпича дом.

На противоположной стороне улицы растворился в небытии миниатюрный особнячок с большими для того времени окнами толстого стекла, окруженный старыми деревьями. И все для того, чтобы поставить безликий белый параллелепипед по Троицкой улице да очередной номенклатурный кооператив. Исчезли добротные каменные 4-этажные крепыши, Поповка — излюбленное место детских забав, методом «реконструкции» разрушена до основания городская купеческая усадьба с обширным двором, обсаженным старыми липами.

Разделила их судьбу одна из московских архитектурных жемчужин, коей считалась усадьба Остерманов-Толстых, расположенная на месте плавательного бассейна... Во 2-м Троицком переулке сохранились всего два здания. Двухэтажный классического стиля особняк (д. № 4), принадлежавший раньше Чудову монастырю, и дом № 6, в котором находились кельи подворья Троице-Сергиевой лавры. 

***** 

Литература:

Белицкий Я.М., Глезер Г.Н. Москва незнакомая. М.: Стройиздат, 1993. С.384. Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка. Т.2. СПб.-М., 1881. С.779. «Москва*. Энциклопедия. М.: Советская энциклопедия, 1980. С.688. Памятники архитектуры Москвы. Земляной город. М.: Искусство, 1989. С.352. Паустовский К. Повесть о жизни // Собр. соч.; В 9-ти т. Т.4. М., 1982. С.282-284. Портнов М.Э. Царь-пушка и Царь-колокол. М.; Моск.рабочий, 1982. С.80. Соловьева Ю.Н. Москва ушедшая. Исторический путеводитель с использованием сведений из адресной книги «Вся Москва*. М.: Прессинг, 1993. С.234. Сорок сороков; В 4 т. / Автор-составитель П.Г.Паламарчук. М., АО «Книга и бизнес», АО «Кром», 1994. Т.2. С.646. Сорок сороков: В 4 т. / Автор-составитель П.Г.Паламарчук. М., АО «Книга и бизнес*, АО «Кром», 1995, Т.З. С.586. Справочник улиц Москвы. М.: Моск.рабочий, 1959. С.496. Сытин П.В. Из истории московских улиц (очерки). Изд. 3 перераб. и дополн. М,: Моск.рабочий, 1958. С.844. Шамаро А. Прихоть впечатлительной императрицы // Наука и религия. 1991, № 11. С.61-63

*****

Перепечатано: «Московский Журнал» № 12 1995. Основан Н.М. Карамзиным в 1791году.  Возобновленв1991году.


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:



Top