Знаете это ощущение, когда слово вертится на языке? Это раздражает. Я перепробовал все инструменты, чтобы найти это слово. Оно нигде не появлялось, поэтому я сдался и остановился на какой-то неудачной замене. Меня всё равно не покидало ощущение, что из моего словарного запаса исчезло слово.
Каким-то образом, как бы неправдоподобно это ни звучало, вчера это слово появилось передо мной. Вы уже догадались? Это слово — macabre. В нём три слога, и произносится оно как «ма-КА-бру». Если бы вы услышали его в предложении, то интуитивно поняли бы, что оно означает.
По всей видимости, оно происходит от названия еврейской книги Маккавеев — о народе, принявшем мученическую смерть за отказ отречься от своей веры. Этот сюжет упоминается в средневековой аллегории «Пляска смерти», в которой скелет или труп, олицетворяющий смерть, ведёт людей всех сословий — папу римского, императора, крестьянина — в процессии к могиле. Это нравственное напоминание о том, что смерть приходит за каждым.
Как жутко!
Ну вот и всё. Разочарованный тем, что когда-то знал это слово, а потом забыл его, я начал задаваться вопросом, сколько ещё слов из моего словарного запаса исчезло из моей памяти. Конечно, можно списать это на возраст, но я подозреваю, что дело не только в этом. Цифровые медиа в целом и автономность даже в сфере покупок приводят к большей социальной изоляции, чем раньше. Поскольку мы реже контактируем с другими людьми, слова нам нужны меньше, чем раньше.
Говорят, что мышцы нужно использовать, иначе они атрофируются. Я точно знаю, что это правда. Когда начинается теннисный сезон, моему телу приходится заново разогревать и восстанавливать мышечные группы, которые слегка атрофировались за зиму. То же самое происходит, когда возвращаешься в спортзал. Ты напрягаешь мышцы, о существовании которых твоё тело забыло.
Возможно, то же самое происходит и со словами. Их нужно использовать, иначе они исчезнут. Если мы изолированы от общества, всё меньше общаемся с другими людьми и всё реже сталкиваемся с необходимостью использовать разнообразный словарный запас в присутствии других, то можно ожидать реального снижения словарного запаса. Именно это сейчас и происходит.
Достаточно послушать типичный подкаст. Нынешнее снижение уровня эрудиции по сравнению с прошлым вызывает тревогу. Мне больно слышать, как люди, воображающие себя инфлюенсерами, не могут построить предложение и без видимой причины вставляют в свою бессвязную речь слово «лайк».
У всех нас есть свои речевые привычки. Несколько лет назад у меня появилась проблема с выражением «ты знаешь», и оно исчезает только тогда, когда я концентрируюсь на нём. Оно приходит и уходит волнами. Есть и другие фразы, которые стали повсеместными: эм / э-э / э-э-э, так, ну, я имею в виду, наверное, да?, ты понимаешь, о чём я, в любом случае, честно говоря, мне кажется, в конце концов, в общем, на самом деле, буквально, почти, в дальнейшем, правда, супер, полностью.
Всё это — просто болтовня, бессмысленные разговоры, призванные заменить правильный и точный подбор слов.
И давайте не будем слишком углубляться в горы бессмысленных словесных конструкций, которыми сегодня изобилует корпоративная жизнь. Позже мы сможем вернуться к этому вопросу, подвести итоги, замкнуть круг, разобраться в этом, углубиться в детали, сдвинуть дело с мёртвой точки, мыслить нестандартно и прийти к единому мнению. Всё это ничего не значит. Это словесный эквивалент наскальных рисунков в пещере. Приходится догадываться, есть ли в них смысл.
Что, если мы так поступили с английским языком, потому что несколько лет провели в вербальной изоляции, испытывая желание оставаться дома, в безопасности, стоять на расстоянии двух метров, прикрывать рот и никогда не собираться вместе с другими людьми? Вполне возможно, что это был заговор с целью сократить словарный запас наш и других людей.
Я уверен, что со мной произошло то же самое. Я работаю над восстановлением словарного запаса.
В последнее время я начал составлять список слов, которые я забыл, а потом вспомнил, в надежде, что это поможет мне их сохранить. В этом списке уже есть слова sepulchral, saturnine, lugubrious, taciturn, avuncular, mercurial, inchoate, inscrutable, tautological, unctuous и quotidian. Это слова, которые я хочу использовать регулярно не потому, что они модные, а потому, что они выразительные и точные.
У нас есть множество доказательств того, что из-за локдаунов у детей, да и у взрослых, сократился словарный запас.
- Frontiers in Psychology (2023): «Те участники, у которых были более частые эпизоды изоляции и меньше возможностей для социально-коммуникативного разнообразия, показали более низкие показатели экспрессивного словарного запаса».
- Scientific Reports (2024): Обзор обнаружил «постоянные свидетельства нарушения языковой среды раннего возраста, при этом были высказаны особые опасения по поводу задержек в росте словарного запаса».
- PMC Study on Greek Preschoolers: «Снижение социальных взаимодействий и пребывание в языковой среде, богатой языковыми навыками, негативно повлияло на приобретение словарного запаса и экспрессивных языковых навыков».
- BBC / Future Reporting: Исследователи обнаружили, что «дети, родившиеся во время пандемии, меньше говорят и могут испытывать трудности с развитием навыков мышления более высокого уровня».
- Passport Health: «Увеличение времени, проводимого за экраном [планшета], привело к замедлению роста словарного запаса у младенцев и малышей младшего возраста».
Теперь обратимся к тревожному отчёту исследователей, опубликованному в апреле 2026 года в журнале Perspectives on Psychological Science. Согласно исследованию, в целом мы произносим на 338 слов в день меньше. Эта тенденция усугубляется. Наш словарный запас сокращается.
«Какими бы незначительными ни казались 338 слов в день, — говорится в исследовании, — потеря этих ежедневно произносимых слов неизбежно накапливается».
«Это значит, что каждый год мы произносим более чем на 120 тыс. слов меньше, чем в предыдущем году».
Ого… Я имею в виду, что это тревожно.
Мы также знаем, что общение лицом к лицу расширяет словарный запас, потому что именно так мы учимся использовать слова, особенно если дети находятся в окружении взрослых, а взрослые — в окружении других взрослых, которые стремятся к развитию в лингвистике.
Вы когда-нибудь общались с детьми, которых обучают на дому? Их словарный запас намного богаче, чем у их сверстников из государственных школ. Это происходит не потому, что государственные школы плохие, а потому, что дети, которых обучают на дому, больше общаются с детьми разных возрастов и взрослыми. Мы изолируем детей в их собственной возрастной группе и лишаем их возможности учиться, взаимодействуя с более широкой и зрелой социальной группой.
Такое случается и со взрослыми. Когда слушаешь подкасты, замечаешь, что гости часто копируют или даже имитируют, пусть и неосознанно, манеру речи и словарный запас ведущего, вероятно, пытаясь втереться к нему в доверие. Это можно понять, но мы должны быть начеку.
Я видел такое на званых ужинах, где у высокопоставленного гостя был необычный акцент, например, аристократический английский или французский. Другие взрослые слегка изменяли свою речь, подстраиваясь под высокомерного гостя. Это было забавно, пока не стало проблемой. В зависимости от внешних факторов эрудиция может развиваться в лучшую или худшую сторону.
Карантин изолировал и взрослых, что привело к очевидному результату. Уровень эрудиции резко упал. Я это чувствую. Мне с трудом удаётся вспомнить то, что я знал когда-то. Один из способов, который я для себя открыл, — играть с друзьями в словесные игры, используя необычные слова и предлагая им делать то же самое, а также делиться определениями. Это отличный и весёлый способ общения, в ходе которого мы чему-то учимся.
Использование более сложного словарного запаса — это не хвастовство, а стремление стать более цивилизованным. Мы явно движемся в противоположном направлении.
Мы можем противостоять этой тенденции. Выйти. Вступите в клуб любителей ужинов. Приглашайте друзей на ужин. Общайтесь со всеми, кого встречаете в магазинах или в других общественных местах. Мы должны это делать. Нам это нужно. Это улучшит нас всех, поможет развить или восстановить социальные навыки и необходимый для этого язык. В противном случае мы рискуем превратиться в дикарей, которые, как пещерные люди, рисуют эмодзи на цифровых платформах.
Взгляды, изложенные в этой статье, являются мнением автора и не обязательно отражают точку зрения The Epoch Times.
__________
Чтобы оперативно и удобно получать все наши публикации, подпишитесь на канал Epoch Times Russia в Telegram
