Оставшаяся в живых обвиняет КПК

Цзяцзя Ван, жительница Верджинии, выступает на митинге, прошедшем 15 октября на Капитолийском Холме в Вашингтоне, О.К. под девизом «Боги уничтожат КПК. Расскажите о ваших страданиях». Фото: Великая ЭпохаЦзяцзя Ван, жительница Верджинии, выступает на митинге, прошедшем 15 октября на Капитолийском Холме в Вашингтоне, О.К. под девизом «Боги уничтожат КПК. Расскажите о ваших страданиях». Фото: Великая ЭпохаСпасибо всем за предоставленную возможность выступить с речью. Хотя я набралась храбрости, чтобы выступить перед вами, но на сердце у меня все равно тяжело. У меня возникли смешанные чувства,  когда я закончила чтение «Девяти комментариев о коммунистической партии», опубликованных «Великой Эпохой». За всю свою историю Коммунистическая партия Китая (КПК) нанесла огромный вред китайскому народу и была причиной смерти большого числа хороших людей. Настало время призвать КПК к правосудию.   Несправедливо заклейменный как «контрреволюционер»   КПК стала причиной смерти моего отца. Она заставила  мою мать страдать от неизмеримых страданий и умереть, неся ненависть. Пять моих братьев  и сестер были несправедливо названы КПК «членами семьи контрреволюционера».   Теперь я хочу публично рассказать, какие страдания причинила КПК моей семье, я  хочу рассказать людям по всему миру, что КПК — злобный убийца. На основе моего личного опыта я хотела бы детально объяснить, как КПК преследовала всю мою семью физически и духовно. Физическое преследование можно было еще вынести, но духовный вред никогда не сотрется, и его невозможно описать никаким языком.   Мой отец был сначала высокопоставленным чиновником партии Гоминьдан. Он не отступил на Тайвань в 1948 г., потому что был хорошим сыном и нес на себе ответственность за обеспечение своей большой семьи. Он полагал, что КПК не сможет ничего с ним сделать, так как был ученым, который участвовал в высокотехнологичном производстве, а также являлся участником китайско-японской войны, во время которой получил ранение  ног. У моего отца не возникало мысли, что КПК не пощадит даже хорошего человека.   Когда КПК объявила «Движение трех против» и «Движение пяти против»», мой отец был осужден за своё «реакционное прошлое» и должен был находиться 2 года под домашним арестом и 2 года под постоянным надзором службы общественной безопасности. Члены моей семьи были опозорены как  «марионеточные руководители»  и заклеймены как «члены семьи контрреволюционера», они презирались согражданами.   Несмотря на всю клевету, мой отец, будучи высокоинтеллектуальным человеком, смог найти хорошую работу в качестве главного инженера на заводе. Находясь на приличной работе, он в достаточной мере обеспечивал нашу семью. Но хорошие времена были недолгими.   В 1957 г. КПК объявила «борьбу с правыми реакционерами». Злобная партия начала кампанию с того, что, якобы, «консультировалась»  у непартийных  интеллектуалов относительно возможных реформ. Консультации были лишь прикрытием, а в действительности они намеревались уничтожить политических диссидентов, которые были впоследствии названы антипартийными деятелями и реакционерами.   День, когда моего отца забрали

  Я никогда не забуду 8 октября 1958 г. В тот день около полудня, когда я вернулась из школы домой, я увидела ворота нашего дома широко открытыми и группу людей, столпившихся у нашего дома. Я пыталась узнать, что же случилось. Женщина средних лет сказала мне: «Твоего отца забрали». Я почувствовала себя так, как будто меня ударила молния, и чуть, не упала в обморок. Когда я вошла в дом, где все было в беспорядке, я увидела плачущих мать, сестер и брата.   В моих глазах мой отец был самым добрым, самым обходительным и любящим отцом. Он был высоким и статным мужчиной и часто брал нас с собой запускать воздушных змеев во дворе, учил нас кататься на коньках, плавать и играть в баскетбол. Кроме английского, он в совершенстве владел еще шестью иностранными языками, а также играл на скрипке.   Почему такого хорошего человека арестовали? Позднее моя мать рассказала нам: «Вы уже взрослые и должны понять своего отца. Он хороший человек. Из-за того, что компартия хотела начать классовую борьбу, они заставили его сделать предложения для реформы. Если бы он ничего не предложил, то допрос продолжался бы. Такие заседания продолжались уже более года. Они ждали, что ваш отец, что-нибудь скажет. Поняв, что он больше не может тянуть время,  ваш отец, в конце концов, сделал предложение. Они классифицировали его как реакционера, арестовали и приговорили к десяти годам тюрьмы».   Мы насильно были разлучены с  нашим отцом и ничего не знали о нем более десяти лет. Мы продолжали искать его, но нам говорили, что из-за  участия в высокотехнологичном производстве, КПК хотела использовать  его знания и заключила его для работы в секретном месте.   После ареста нашего отца все родственники и друзья отдалились от нас. Даже наша тетя провела границу между собой и нами. Боясь запутаться в этой борьбе, она прекратила все контакты с нами. В то время мы, пятеро детей, были еще маленькими. Поэтому наша мама, которая редко покидала дом, когда отец был с нами, одна взвалила на себя бремя забот, чтобы обеспечить нас.   Мама подметала улицы в течение 10 лет

  У моей  мамы начались самые трудные времена жизни с пятью детьми. Она была представителем интеллигенции. Для того, чтобы прокормить всю семью, она должна была бросить свою работу в качестве регистратора общины из-за низкой заработной платы.   Она попросила своего друга найти ей работу в санитарном бюро в качестве уборщика улиц, потому что на такой работе давали немного больше зерновых пайков. Ей нужно было выходить на работу в 2 часа ночи и собирать мусор на лице в течение дня.   Она всегда очень уставала и страдала от болей в спине и ногах, а также от кровавых волдырей на ладонях в конце каждого рабочего дня. Хотя она не знала, как правильно пользоваться большой метлой, она продолжала мести улицы по 4 часа подряд в день. Она говорила, что ей нравилось работать поздно ночью, потому что она могла смотреть на звездное небо в тишине улиц, и никто не мог увидеть ее слез. Она упорно мела улицы в течение 10 лет, и у нее образовались толстые мозоли на ладонях.   Вскоре начался «Великий голод». Все жители материкового Китая могут вспомнить 1960 г. КПК вводила людей в заблуждение, называя 3 года «Великого голода» «Тремя годами природного бедствия». Компартия объявила, что это было природное бедствие, и что мы должны преодолеть его. В действительности это было не естественное бедствие, а бедствие, вызванное действиями людей. В течение нескольких лет умерли миллионы людей, но наша семья, к счастью, выжила и не умерла от голода. На одного человека выдавалось сто граммов пищи ежедневно. Видя нас голодными и худыми, моя мама в свободное время ходила на овощные плантации собирать листья кольраби, чтобы сварить их и накормить нас.   Весной, когда было много почек вяза, старшие братья и сестры ходили в лес за ними. Моя мама смешивала их с мукой и распаривала , чтобы сделать лепешки. Мы выжили, употребляя в пищу листья деревьев и собранные нами съедобные дикие травы.   Все книги в доме были сожжены

  Сразу после того, как прошли эти трудные времена, наступила ужасающая Культурная революция». В начале  «Культурной революции» моя мама была напугана до смерти и сказала: «Мы снова будем наказаны». Однажды ночью она сказала всем нам: «Вы должны быть осторожными вне дома, говорить меньше и работать больше. Не присоединяться ни к каким мятежным группам, потому что нашу семью рассматривали, как принадлежащую к «пяти черным классам»*.   Говоря это, она повернулась к печи и начала сжигать все книги — классические и современные, китайские и иностранные — все, что было в нашем доме. К тому времени в нашей семье скопилось довольно много романов известных мировых писателей и технических книг моего отца. Мама сказала, что их нельзя хранить и стала сжигать их все, бросая одну за другой в огонь. Видя, как горят романы, которые мы любили, мы чуть не плакали. Сжигание книг заняло три дня и три ночи. Последней из них был Англо-китайский словарь в жесткой обложке. Моя мама держала его в руках и не хотела бросать в огонь, но, в конце концов, сожгла после длительного колебания. Она сказала, что это была книга нашего отца, и мы не можем хранить ее. Если КПК увидит  книги, то неизвестно, что будет с нами, поэтому лучше их сжечь.   Немного подождав, мама хотела вынуть её из огня, но было уже поздно. Она плакала и говорила, что это было богатство отца, и как будет трудно рассказать об этом отцу в будущем. Я до сих пор не могу забыть эту сцену. Однако нашей семье не удалось избежать обысков со стороны злобной компартии. Однажды придя с работы домой, я увидела большой плакат на нашей двери. Я зашла сразу внутрь, не рассмотрев его подробно. Мама заплакала, когда увидела меня.   Она сказала: «Минуту назад люди из местной общины под предводительством некоторых красногвардейцев вошли в дом и устроили обыск». Я спросила маму, что они забрали? Мама ответила: «Наш дом настолько обветшал, что они не нашли что взять. Все же после долгих поисков они забрали коробки с ювелирными изделиями, которые я приготовила к вашей, свадьбе. Мне так жаль». Видя, что она плачет и еще больше расстраивается, я решила поддержать ее и сказала: «Мы хотим только одного — чтобы ты была здорова и была с нами».   Никто не брал нас на работу из-за истории нашей семьи   События, связанные с «культурной революцией», становилась все более напряженными. Мама говорила, что ее четыре дочери  и сын росли, становясь все более привлекательными. Хотя она была очень счастлива, но все же сильно беспокоилась. Ситуация вокруг становилась все хуже и хуже. Обычным делом для людей стало насилие, грабеж и воровство.   Мама беспокоилась, что с нами может что-нибудь случиться. Она попросила друзей помочь найти мужей для старшей сестры и меня, чтобы мы могли уехать и избежать опасности. В то время, хотя я и мои сестры много страдали и из-за классовой теории КПК нам не позволялось ходить в колледж, но благодаря стараниям наших родителей, все мы обладали необходимыми знаниями.   Моя старшая сестра сдала экзамены для поступления в музыкальную академию и прошла тест на мастерство, но ее не приняли по политическим соображениям. Одна из моих младших сестер очень хорошо играла на пианино и также поступала в музыкальную академию. Она сдала экзамен на мастерство, но ее тоже не взяли по политическим мотивам.   Мне очень нравился спорт, и я очень хорошо каталась на лыжах. Я хотела поступать в спортивную академию, но мне пришлось оставить свои мечты из-за принадлежности к «плохому» классу.   Из-за того, что мы родились в семье с «плохой» историей, никто не смел жениться на нас. Наконец, моя старшая сестра встретила выпускника университета Цзинхуа, который работал в другом городе. Моя мама попросила меня изменить традиционные  взгляды нашей семьи на моральные стандарты и стиль жизни и выйти замуж за рабочего. Рабочие были довольно популярны в то время. Мой друг в школе оставил меня из-за моей принадлежности к «плохому» классу. Так что я, в конечном итоге, согласилась выйти замуж за рабочего. Когда все сестры вышли замуж, дома остались только моя шестидесятилетняя мама и пятнадцатилетний брат. Однажды я пошла проведать их и возле входной двери обнаружила всех соседей.   Один сосед сказал мне: «Ваши мама и брат были избиты сыновьями Лао Ма, живущими этажом ниже». Я спросила, в чем причина, и он мне сказал: «Вы – семья контрреволюционеров, поэтому вы стали отличной мишенью для нападения». Я ворвалась в комнату и увидела маму и брата, сидящих на кровати и плачущих.   В гневе я собралась сбежать на этаж ниже и привлечь преступников к правосудию. Моя мама остановила меня, схватив крепко, и сказала: «Ты не можешь идти. Ты — девушка и не сможешь справиться. В этом мире нет правосудия. Кто больше заслуживает быть избитыми, кроме нас.  Мы должны смириться». Видя, как мама страдает, я не стала ничего делать, а заплакала вместе с ней и братом. Обратиться было не к кому!   В течение «Культурной революции» КПК преследовала многих невинных людей. Нашей семье еще повезло, так как никто из нас не умер. Но жестокость компартии оставила глубокие раны в наших юных сердцах.   В 1969 КПК выдумала другую хитрость: она объявила, что города слишком Переполнены, и люди, которые не работают, должны переехать в сельскую местность. Моя семья была «антиреволюционная», а мама и брат не могли работать, так как она была слишком стара, а он слишком молод. Поэтому у моей семьи не было другого выхода, кроме как переехать в сельскую местность и стать крестьянами.   Встреча с моим искалеченным отцом   В 1973 году мы неожиданно получили извещение об освобождении нашего отца. Это была чудесная новость для всей нашей семьи. Моя старшая сестра и я пошли встретить отца из тюрьмы. Когда мы увидели его, я была в шоке. Перед нами стоял бледный искалеченный пожилой человек. Одна нога была полностью искалечена, а другая судорожно вздрагивала, руки тоже тряслись. Неужели это мой отец, мой красивый отец, образ которого я хранила в своей памяти 15 лет? Я была слишком шокирована, чтобы шагнуть к нему и обнять. Он узнал нас первым и шагнул к нам, хромая и произнося наши имена. Затем мы произнесли его имя, поддержали его и вместе заплакали. Каждый, кто видел нас, плакал. Я никогда не смогу забыть эту сцену. Безнравственная свирепая партия пытала моего отца 15 лет, и не выпускала его, пока он не стал совсем беспомощным.   Прибыв домой в деревню, отец рассказал, что он несколько раз избежал опасности. КПК все время пыталась обмануть его. Они сказали, что уменьшат ему срок, если он будет хорошо работать. Он поверил им и работал очень усердно, чтобы заработать доверие, с одной только надеждой увидеть своих детей в последний раз. Однажды, когда он работал на стройке, отец нес две большие корзины с кирпичами и проходил по узкому деревянному мосту на четвертом этаже. Ему стало плохо, и он упал на землю. Очнулся он в госпитале. Отец был счастлив, что не умер, потому что в сердце у него было сильное желание увидеть нас.   КПК использовала его для работы по переводам с немецкого на китайский язык. Он ежедневно должен был работать более 10 часов, и его волосы поседели.   Однако вместо того чтобы уменьшить срок, его заключение продлили. К тому времени, как его освободили по состоянию здоровья, он уже отсидел 15 лет. В тюрьме он ожидал дня, когда сможет увидеть свою семью, но, увидев родных, был огорчен, что они стали крестьянами. Он был недоволен тем, что его единственный сын стал фермером на всю оставшуюся жизнь. Его сердце так болело. В 1976 г. он умер от кровоизлияния в мозг.   Мой отец ушел от нас навсегда. Именно безнравственная КПК убила его. Злобная компартия Китая разбила нашу семью и уничтожила нас. Я хочу вынести приговор этому безжалостному злу.   Злобная КПК преследовала не только наши физические тела, но и опустошила также наши души. Она лишила нас достоинства, самоуважения и юности, бросив на самое дно общества. Точно сказано в «Девяти комментариях о коммунистической партии», что она является злым призраком. Мы должны полностью ее разложить. Я верю, что однажды ее привлекут к ответственности перед судом, и этот день не так далек.   Пусть же души моих родителей и других хороших людей, которые умерли в результате преследований злобной КПК, найдут покой в раю.   Благодарю Вас.   *Примечание: землевладельцы, богатые крестьяне, реакционеры, «плохие» элементы и правые.   Версия на китайском The Epoch Times  Версия на английком The Epoch Times 


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • Верховная Рада повторно утвердила бюджет на 2007 год
  • Николай Катеринчук: "В детстве я верил в Святого Николая"
  • В Киеве появится улица Ивана Багряного, однако исчезнет улица Воровского
  • Президент Украины призывал Верховную Раду принять Госбюджет-2007, учтя его предложения
  • В Херсонской области опрокинулся автобус с 25 пассажирами


  • Top