Сань был вторым сыном в семье в эпоху политики «одного ребёнка» Коммунистической партии Китая, и его мать отказалась отдать его. Затем, когда семья подверглась преследованиям за практику Фалуньгун, она отправила сына в безопасное место.
Сегодня Сань по-прежнему остаётся мишенью, но уже по совершенно другим причинам.
Он является солистом Shen Yun Performing Arts, ведущей мировой компании классического китайского танца, базирующейся в Нью-Йорке. Миссия артистов состоит в возрождении 5000-летней китайской традиционной культуры, они раскрывают то, что компартия Китая отчаянно пытается скрыть, почти миллиону зрителей по всему миру каждый год.
Преследование
Когда Юаньчжу Чжу забеременела во второй раз, она сначала обратилась к Богу. В храме она получила знак, что этот ребёнок является благословенным, и это укрепило её решимость защитить жизнь её второго сына.
В 1979 году в Китае ввели политику «одного ребёнка» в рамках планового регулирования рождаемости, предусматривающую жестокие наказания для тех, кто её нарушал.
В 1995 году Чжу была бы вынуждена сделать аборт, если бы выяснилось, что она беременна вторым ребёнком. Но поскольку её свёкор жил на Тайване, семья подала заявление на выезд из страны с целью «посещения родственников» и отправилась на Тайвань. Там Чжу родила Саня, который получил тайваньское гражданство. Через несколько месяцев они вернулись в Китай.
В мае 1999 года Чжу взяла 4-летнего Саня на семинар о духовной практике Фалуньгун, где участникам была показана запись лекции основателя практики Ли Хунчжи. Фалуньгун, или Фалунь Дафа, проповедует принципы: истина, доброта и терпение. Практика приобрела широкую популярность после того, как была представлена общественности Китая в 1990-х годах.
Но всего через несколько месяцев после того, как Чжу начала заниматься Фалуньгун, лидеры компартии, испугавшись широкого распространения практики, 20 июля 1999 года начала жестокую кампанию преследования.
Сань был слишком мал, чтобы понять, что такое Фалуньгун и что такое преследование. Но он помнит ночь 2002 года, когда отец отвёл обоих сыновей в комнату наверху, закрыл дверь и сказал им, чтобы они ни в коем случае не выходили.
Полиция арестовала Чжу за занятия Фалуньгун, её приговорили к семи годам тюремного заключения за отказ отречься от практики. В то время, когда отец Саня разговаривал с сыновьями, их мать увезли.
Счастливая семья была разлучена. Сань помнит, как потерянным казался его отец, теперь воспитывавший двух сыновей в одиночку, как соседи злобно перешёптывались, и как даже в его начальной школе порочили Фалуньгун.
Когда-то весёлый и активный ребёнок теперь едва мог поднять голову, не понимая, почему это случилось с его семьёй, почему его добрая и честная мать была арестована.
Он видел её раз в год во время посещений и говорил ей, как сильно скучает по ней, а она всегда обещала, что скоро вернётся, но прошло семь лет, прежде чем её освободили. Чжу могла бы быть освобождена раньше, если бы она отказалась от Фалуньгун и от принципов истины, доброты и терпения. Но она не считала, что это было бы правильным поступком.
В 2009 году срок заключения Чжу истёк, она была освобождена, но, по её словам, преследования со стороны китайских властей не прекратились. Внезапно семье сообщили, что Сань, как гражданин Тайваня, больше не будет допущен к учёбе в школе. Раньше вопрос о его гражданстве никогда не поднимался, и этот отказ в допуске к учёбе сопровождался давлением на неё с требованием отказаться от своей веры.
К тому времени дед Саня на Тайване скончался, поэтому у них не было родственников за границей, но Чжу считала, что лучший шанс для сына будет получить образование и будущее, свободное от компартии, если они уедут на Тайвань.
У Саня, имевшего тайваньский паспорт, не было бы никаких проблем с этим, но на Чжу был наложен запрет на выезд из страны, поскольку она была заключена за практику Фалуньгун. Решение отправить Саня на Тайвань одного было одним из самых трудных, которые семье пришлось принять. Окружающие Чжу, от родственников до соседей, критиковали её за это решение.
«Это было очень больно, — рассказала Чжу в интервью газете The Epoch Times. —
Сын всё понимал и пытался меня успокоить…, но за два дня до поездки он был так измучен тревогой, что даже не мог есть».«Он спросил меня: „Я когда-нибудь увижу тебя снова?“ Каждый раз, когда я говорю об этом, боль остаётся такой же сильной, как и раньше; это доводит меня до слёз. Я ответила: „Да, мы скоро увидимся снова на Тайване“… хотя мы не имели ни малейшего представления, сможем ли поехать туда».
Всего через полгода после воссоединения матери и сына они снова должны были расстаться. Хотя Сань родился на Тайване, он ничего не помнил об этом и впервые должен был лететь один в чужую страну, к давнему другу семьи, которого он никогда не видел, — практикующему Фалуньгун, принявшем Саня как собственного сына.
Получение миссии и дома
В 2010 году Сань впервые посетил представление Shen Yun.
«Я помню, что после просмотра я был в восторге. Я хотел стать частью этой миссии», — рассказал Сань в интервью The Epoch Times.
Помимо того, что выступления Shen Yun воскрешают на сцене пять тысячелетий китайской цивилизации, они также включают в себя танцевальные постановки, основанные на реальных событиях, преследовании Фалуньгун в Китае.
Сань был вдохновлён. В то время он не думал о танцевальной карьере. Но когда друг семьи, у которого он жил, посоветовал ему записаться в местную студию классического китайского танца, Сань сразу согласился. Там он обнаружил, что классический китайский танец требует от танцоров-мужчин силы, мужества и тяжёлого труда.
Сань всегда был спортивным, и менее чем через год после начала занятий в студии он был принят в Академию искусств «Фэй Тянь» в Нью-Йорке, связанную с Shen Yun.
«Приезд в Америку стал огромным поворотным событием», — сказал Сань.
Он испытывает только благодарность к практикующим Фалуньгун, которые приняли его на Тайване, и к семье друзей, которые воспитывали его как своего собственного сына, но, когда он присоединился к «Фей Тянь», а затем к Shen Yun, он впервые испытал чувство товарищества, которое «похоже на чувство дома».
Это было противоположно его опыту в Китае, где люди сплетничали о Сане как о ребёнке без матери, потому что Чжу не отказалась от Фалуньгун.
«Здесь все искренне желают тебе самого лучшего, — сказал Сань. — Я сильно изменился, не заметив даже, как это произошло; я стал более открытым и счастливым».
Чжу сразу заметила, как изменился Сань за пять лет, прошедших с тех пор, как она видела его в последний раз. В 2014 году срок запрета на выезд Чжу истёк, и семья смогла приехать в США. Она сразу заметила Саня, когда он вышел из машины. По её словам, он не только стал высоким и красивым, но и обрёл достоинство, которое компартия пыталась уничтожить в нём.
Чжу добавила, что Сань всегда был искусным исполнителем в детстве, прося её посмотреть, как он повторяет спортивный трюк или какое-то выступление.
«Когда впервые увидела его на сцене, я была так впечатлена тем, как он прекрасно танцует, и так благодарна, — сказала Чжу. — Фалуньгун привнёс в его жизнь так много, как он сам рассказал: миссию, цель. Он стал голосом для тех, кто не может говорить, используя танец, чтобы говорить правду миру».
Китай до коммунизма
Сань гастролирует с Shen Yun уже 13 лет и говорит, что за это время он приобрёл более глубокое понимание веры, искусства и традиционной культуры. Эстетика Shen Yun отражает яркое и прекрасное, с выбором стилей, которые продвигают сострадание, красоту и человеческое достоинство.
«Мы хотим дать зрителям что-то сострадательное и прекрасное, — сказал Сань. — Мы хотим возродить традиционную культуру».
«Конечно, есть трудности, и их много, но я уже так много преодолел, что могу с этим справиться, — говорит он. — Я считаю, что то, чем я занимаюсь, настолько значимо, что это не бремя, а честь, за которую я благодарен».
«Я сам испытал преследования и эту обстановку в Китае, поэтому я ещё сильнее чувствую необходимость выступить в защиту людей, которые до сих пор переживают то, что пережила моя мама», — сказал Сань.
Артисты Shen Yun занимаются Фалуньгун, и многие из них лично или их друзья и родственники пострадали от преследований в Китае.
«Компартия преследует не только Фалуньгун, но и весь китайский народ, — отметил Сань, указав на десятилетия террора под властью партии и ложь, которой она кормит народ о Фалуньгун и других вопросах. — Поэтому мы также хотим разоблачить преследования в Китае».
Однажды Сань был выбран на роль последователя Фалуньгун в Китае, преследуемого компартией, и в этой истории рассказывалось об извлечении органов у узников совести.
«В Китае все знают, что это происходит в широких масштабах, — сказал Сань. — Но за пределами Китая люди иногда не знают о масштабах этого».
«Для меня было честью воплотить эту историю в жизнь, рассказать людям правду».
Артисты Shen Yun делают это, подвергаясь огромному риску. Shen Yun представляет «Китай до коммунизма» в двухчасовом представлении с симфонической музыкой и танцами.
На протяжении многих лет The Epoch Times, другие СМИ и правозащитные организации документировали постоянные попытки китайских властей помешать выступлениям Shen Yun, будь то путём оказания дипломатического давления на театры и правительства, найма агентов для протестов против выступлений и преследования зрителей, или угроз в адрес членов семей участников Shen Yun, проживающих в Китае.
В прошлом сезоне театры по всему миру столкнулись со значительным ростом числа случаев преследования за то, что они принимали Shen Yun. В частности, они постоянно получали угрожающие сообщения, такие как ложное сообщение о бомбе, которое привело к эвакуации и тщательной проверке Оперного театра Кеннеди-центра в начале 2025 года.
Сань сказал, что эти угрозы должны быть осуждены на самом высоком уровне. Хотя угрозы не привели к отмене ни одного представления, театры и правоохранительные органы вынуждены были затрачивать максимум усилий на обеспечение безопасности. Это безобразие, сказал он.
Сань и многие другие артисты Shen Yun надеются, что однажды они смогут выступить в Китае.
«Большинство из нас родом из Китая, и многие на себе испытали преследования. Конечно, мы очень хотим вернуться — это всё-таки наша родина, и мы хотим донести правду до китайского народа, — сказал он. — Мы очень хотим, чтобы Shen Yun выступил в Китае».
__________
Чтобы оперативно и удобно получать все наши публикации, подпишитесь на канал Epoch Times Russia в Telegram
