Поэзия Ван Вэя


Ван Вэй (701 – 761 гг.) был не только поэтом, но и художником, каллиграфом и музыкантом. Является одним из выдающихся поэтов династии Тан.

Большую часть своей жизни Ван Вэй служил на государственной службе, занимая должности чиновников разных рангов. Уже в 40 с лишним лет Ван заинтересовался духовным совершенствованием. Он содержал более 10 буддистских монахов, с которыми проводил много времени в беседах об учении Будды.

После ухода со службы Ван Вэй поселился в доме в горах Чжуннань, где до самой смерти вёл жизнь отшельника.

Картина Ван Вэя Картина Ван Вэя

Ниже представлены некоторые стихотворения Ван Вэя.

Перевод Шуцкого Ю. К.

Провожаю весну

День за днем старею я всечасно, Как-то попусту, напрасно. Год за годом вновь возвращена К нам является весна. Есть бокал вина, и без сомненья В нем найдешь ты наслажденье. Пусть цветы и полетят к земле — Их напрасно не жалей!

Песнь взирающего вдаль на Чжуннаньские горы

Выходишь ты вниз, вниз из сената, И видишь: настало уже время заката. Скорбишь ты о том (знаю я, знаю!), Что эти мирские дела очень мешают. Ты около двух старых и стройных Деревьев с коня соскочил, глядя спокойно. Не едешь домой. Смотришь в просторы, И видишь в туманной дали синие горы. В девятый день девятой луны вспомнил о братьях в горах

Живу одиноко в чужой стороне, Как причудливый странник. И вот, Лишь радостный праздник Чун-яна придет, О родных я тоскую вдвойне. Все братья теперь с волшебной травой, (Вспоминается мне вдали) Чтоб стебли воткнуть, на горы взошли… Но кого-то там нет одного. Прохожу мимо храма «Собравшихся благовоний»

Не знаю, где стоит в горах Сянцзиский храм. Но на утес Я восхожу, и путь мой кос Меж круч в туманных облаках. Деревья древние вокруг… Здесь нет тропинок. Между скал Далекий колокола звук В глуши откуда-то восстал. За страшным камнем скрыт, ручей Свое журчанье проглотил. За темною сосною пыл Остужен солнечных лучей. Пуста излучина прудка, Где дымка сумерек легка; И созерцаньем укрощен Точивший яд былой дракон.

Поднялся во храм «Исполненного прозрения»

Здесь, по «Земле Начальной» вьется Кверху тропинка в бамбуках. Пик ненюфаров выдается Над «градом-чудом» в облаках. Чуские три страны на склоне Все здесь видны в окне моем. Девять стремнин как на ладони Вон там сравнялись за леском. Вместо монашеских сидений Травы здесь мягкие нежны. Звуки индийских песнопений Под хвоей длинною сосны. В этих пустотах обитаю Вне «облаков закона» я. Мир созерцая, постигаю, Что «нет у Будды бытия». Сижу одиноко ночью

Один грущу о волосах, Что побелели на висках. В пустынной комнате вот-вот Вторая стража пропоет. Пошли дожди. Полно воды. Опали горные плоды. Под фонарем в траве звучат Напевы звонкие цикад… Конечно, пряди седины Мы изменить уж не вольны; И в золото другой металл Никто из нас не превращал. Хочу я знанье получить, Чтоб боль и старость излечить. Но в книгах то лишь вижу я, Что «нет у Будды бытия».

Перевод Марковой В.Н.

Равнина после дождя

Вновь стало ясно — и открыты Передо мной полей просторы.

Вся грязь и пыль дождями смыты Везде, куда ни кинешь взоры.

Ворота дома Го далеко Видны у самой переправы,

А там селенья у потока, Вон луга зеленеют травы.

Сверкают белыми огнями Среди полей реки узоры,

И показались за холмами Темно-лазоревые горы.

Здесь в пору страдную в деревне Не встретишь праздных и ленивых:

И юноша и старец древний — Все дружно трудятся на нивах.

Песня в горах Луншань

Юноша из Чанчэня ищет бесстрашных Храбрецов, готовых на бой.

Ночью всходит он на дозорную башню, Глядит на звезду Тайбо.

Над горами Луншань обходит заставы Ночным дозором луна.

Где-то путник бредет усталый. Флейта в горах слышна.

И юноша, натянув поводья, Льет слезы под грустный напев.

Герои из Гуанси, полководцы, Как сдержать вам печаль и гнев?

Не сосчитать ваших подвигов смелых, Больших и малых боев,

А ныне за трусость дают уделы В десять тысяч дворов!

Су У сохранил обветшалое знамя В долгом плену у врагов.

Какими же он награжден чинами? Скромнейшим из всех: «дяньшуго».

Ван Вэй, поэт династии Тан Ван Вэй, поэт династии Тан

Наблюдаю за охотой

Свежий ветер свищет, Роговые луки звенят.

То в Вэйчэне охотой Полководцы тешат себя.

Сквозь сухие травы Ловчий сокол зорко глядит.

Снег в полях растаял, Стала поступь коней легка.

Вот Синьфэн проскакали, Мчатся мимо во весь опор.

Вот уже воротились В свой военный лагерь Силю.

Оглянулись на кручи, Где охотились на орлов.

В облаках вечерних — Небеса на тысячу ли!

В горах Чжуннань (Тайи)

До самой Небесной столицы Доходят горы Тайи,-

До самого берега моря Раскинули цепи свои.

Сомкнулись белые тучки Вокруг вершины кольцом.

Пониже — темная дымка Завесила все кругом.

На области с разной погодой Вершина страну рассекла:

Здесь, в этой долине, — солнце, А в той — туманная мгла.

Где на ночь приют найти мне? Нигде не видать жилья.

Спрошу-ка я дровосека На том берегу ручья.

В горной хижине

Средины жизни я достиг и ныне Путь истины взыскую в тишине.

У гор Чжуннань один живу в пустыне. На склоне лет мир снизошел ко мне.

И каждый раз, почуяв вдохновенье, Иду бродить один в глубинах гор.

Как были тщетны прежние волненья! Бывалые заботы — жалкий вздор.

Я часто дохожу до той стремнины, Где в вышине рождается река.

Присяду и смотрю, как из долины Волнистые восходят облака.

Порой случайно дровосека встречу — С ним говорю с открытою душой,

Шучу, смеюсь и даже не замечу, Что уж пора, давно пора домой.

pagebreak}
Перевод Гитовича А.И.

У потока в горах, где поет птица

Цветы опадают, И горный поток серебрится.

Ни звука в горах Не услышу я ночь напролет,

Но всходит луна И пугает притихшую птицу,

И птица тихонько Тревожную песню поет.

К слюдяной ширме друга

У друга в доме Ширма слюдяная

Обращена к цветам, К деревьям сада.

В нее вошла природа, Как живая,

И оттого Рисунка ей не надо.

Провожаю весну

День уходит за днем, Чтобы старости срок приближать.

Год за годом идет, Но весна возвратится опять.

Насладимся вдвоем — Есть вино в наших поднятых чашах,

А цветов не жалей: Им опять предстоит расцветать.

Шутя пишу о горной скале

У горной скалы Ручеек пробегает, звеня.

Там, с кубком вина, Я сижу среди ясного дня.

Но ветер прекрасно Учел настроенье поэта:

Опавшими листьями Он окружает меня.

В горах

Все голо. По камням бежит ручей.

Багряных листьев Не смогу нарвать я.

Давным-давно Тут не было дождей,

Но дымка синяя Мне увлажняет платье.

Горный кизил

Киноварно-красные плоды Под горой уже давно созрели.

Их не сняли вовремя. Они Сморщились и пахнут еле-еле.

Но, по счастью, в зарослях кустов Расцвели теперь цветы корицы

И сияют за моим окном Под луной, что ярко серебрится.

Красные бобы

Красные бобы В долинах юга

За весну Еще ветвистей стали.

Наломай побольше их Для друга —

И утешь меня В моей печали.

Радости сельской жизни

За чаркой чарку пить вино У вод прозрачного ключа;

Бренчать на лютне, прислонясь К седой от старости сосне;

А утром где-нибудь в саду Сидеть, подсолнухи луща,

И слушать мерный стук пестов Издалека — как бы во сне.

Я гляжу: под горой Поднялся одинокий дымок,

Одинокое дерево Высится на плоскогорье.

Ничего, кроме тыквенных чашек, Скопить я не смог,

Но вослед Тао Цян Живу и не ведаю горя.

Свежей, пышной травою Луга одеваются в срок,

Лето — в самом начале, И осень наступит не скоро.

И бредущее стадо Ведет молодой пастушок —

Он еще никогда Не носил головного убора.

После ночного дождя Каждый цветок тяжел,

Ивы и тополя Ярче зазеленели.

Опавшие лепестки Слуга еще не подмел,

И гость мой, горный монах, Все еще спит в постели.

Мелодия осенней ночи

По капле Капает вода.

Сквозь тучки брезжит Лунный свет.

Ох, не настали б Холода,

Пока одежды теплой Нет!

Луна взошла. Легла роса.

Как холодно В тиши ночной!

Струн Отзвенели голоса,

Но страшно В дом идти пустой.

В поход за Великую стену

Молодой человек расстается с семьей. Поведет его в бой генерал,

Чтобы он боевым драгоценным мечом Честь и славу себе добывал.

Он не видит, что конь по дороге устал И дрожит от воды ледяной, —

Видит только, как тучи темнеют вдали Над Лунчэнскою старой стеной.

Проходя мимо горной хижины монаха Тань Сина

День догорает… С посохом в руке,

Я жду вас У Тигрового ручья,

Кричу — но только Эхо вдалеке

Звучит. И к дому Возвращаюсь я.

Поет мне птица В зарослях цветов

Таинственную Песенку свою.

Деревня спит, И ветер меж домов

Свистит, как осенью В глухом краю.

В разгар весны в деревне

Весенняя горлица Так говорлива!

Белы и свежи Абрикосов цветы.

Рублю для плотины Засохшие ивы,

Слежу за путем Родниковой воды.

Привет передали мне Ласточки с юга,

Где старый мой друг В этом новом году

Свой кубок не сразу Подносит ко рту, —

Сидит, вспоминает Отшельника-друга.

Вздыхаю о седине

Как стар я стал — Усталый и седой,

Как тяжко ноют Старческие кости!

Я словно Между небом и землей

Живу здесь Никому не нужным гостем.

Печалюсь горько О горах родных.

Тут день и ночь Пустые разговоры.

Что мне До собеседников моих?

Оставлю город И уеду в горы.

Зимней ночью пишу о том, что у меня на сердце

Эта зимняя ночь Холодна, бесконечно длинна.

Бьют часы во дворце, И опять — тишина, тишина.

Побелела трава — На траве, как на мне, седина,

И сквозь голые ветви Печальная светит луна.

Дорогие одежды Со старческим спорят лицом —

Свет жестокой свечи Выделяет морщины на нем.

Знаю я: молодежь Полюбил Императорский дом.

Я взгляну на себя — И мне стыдно идти на прием.

Крестьяне на реке Вэйчуань

Глухую деревню Закат озарил, неподвижен.

Бараны и овцы Бредут мимо нищенских хижин.

Старик, беспокоясь, Стоит, опершись на ограду:

Где внук его малый, Что пас проходящее стадо?

Поют петухи, И желтеют колосья пшеницы,

И черви на тутах Не в силах уже шевелиться.

Крестьяне с работ Возвращаются к отчему крову,

Друг друга приветствуют — Ласково доброе слово.

Вот так бы и мне Отдыхать и работать беспечно,

И я напеваю: «Сюда бы вернуться навечно…»

Источник: The Epoch Times Украина


Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Вас также может заинтересовать:

  • В Тайване протестуют против репрессий последователей Фалуньгун компартией КНР
  • В Китае тысячи рабочих обанкротившейся государственной фабрики удерживали заложников
  • Китайские богачи ищут любовниц
  • Проулки Шанхая
  • WikiLeaks: китайские власти платят непальским военным за арест беженцев из Тибета


  • Top